Книга Хранить ее Душу, страница 65 – Опал Рейн

Его ослепительно белое костяное лицо должно было пугать, но свечение его глаз успокаивало её, и она знала, что в его пасти скрывается длинный влажный язык, который однажды уже ощущался восхитительно, скользя по её груди в заснеженном лесу на поверхности над Покровом.

От него исходил жар, и она ощущала его волнами, когда он стянул меха, обнажая источник запаха.

Рея пискнула, когда спазм прокатился от области чуть выше таза по всему её каналу, стоило его носу прижаться к её лобку. Он схватил её бедро и отвёл его в сторону, наклоняя голову, будто пытаясь понять.

Когда её ноги разошлись, его нос прижался прямо к её клитору, и её руки метнулись вниз, чтобы остановить его.

Они замерли в воздухе, когда из его груди вырвался тихий рык. В одно мгновение его орбы стали тёмно-фиолетовыми, и её дыхание сбилось.

— Ты возбуждена, — прорычал он, поднимая голову и глядя на неё.

Её влагалище судорожно сжалось от глубины его голоса, и влаги стало так много, что она начала стекать и капать. Она прикусила нижнюю губу, чтобы сдержать стон, когда тело напряглось и задрожало. Она снова закрыла рот рукой в шоке, когда волны наслаждения начали стихать.

Ох блять… я чуть не кончила только от того, что он это сказал.

Её тело было чрезмерно чувствительным. Его дыхание, его голос, запах дымного махагона и сосны, заполняющий её до отказа, сводили её с ума. Конечности дрожали.

Она потеряла рассудок.

И в этот момент, с ноющим и пульсирующим телом, Рее было всё равно.

— Пахнет восхитительно, — сказал он раскатисто, рычаще, когда его когтистая рука медленно скользнула по внутренней стороне согнутого бедра. — Я хочу попробовать.

Её сердце споткнулось в груди, когда он снова наклонился, а другой рукой аккуратно задрал юбку сорочки, собирая её у талии. Он даже осторожно спустил завязанную полоску ткани, служившую ей бельём, аккуратнымикогтями.

Она не остановила его.

У неё даже не возникло желания попытаться.

Она не знала, до конца ли он понимает, что делает, но дыхание стало таким коротким и поверхностным, что когда он прижал морду ко всей её киске — от клитора до разрезанного входа — и вдохнул её, все внутри оборвалось.

А затем она издала пронзительный крик, когда его язык выскользнул от её сморщенного ануса — она совсем не ожидала этого скользкого органа, который прошёлся по входу в её лоно, собирая каждую каплю её кремовой влаги, и затем скользнул вверх по складкам, прежде чем тяжело хлестнуть по её пульсирующему клитору.

Рот Реи распахнулся, когда она попыталась руками — жалкой попыткой — заглушить звук своего крика; спина выгнулась дугой, а ноги задрожали вокруг его головы. Колено задело один из его рогов. Она почувствовала, как он схватил её за ногу, снова проведя когтями по внутренней стороне бедра — легко, почти ласково, — и это послало ещё один спазм прямо в её влагалище, прежде чем он прижал ногу к постели, фиксируя её там.

Его язык был длинным и скользким; он сложился, когда обвился вокруг верхушки её клитора, описав вокруг него один круг. Затем, с поворотом головы, язык двинулся вниз по её складкам, позволяя ему это сделать, и лишь слегка нырнул внутрь неё. Она в ответ распахнула ноги шире — в приглашении, отчаянно нуждаясь в большем.

Пути назад больше не было.

Орфей был там — в темноте, лизал её киску, и единственным светом были его фиолетовые глаза. И Рее это нравилось. Не было смысла останавливаться. Ей нужно было. Она ныла. Она чертовски хотела. Внутри неё горела лихорадка.