Книга Властному дракону по вкусу злодейка, страница 1 – Анита Жарова

Холод сковывает запястья, что-то тонкое режет кожу, капает кровь. В этот момент я окончательно прихожу в себя от резкого хлопка. Кто-то ударил меня по щеке. Веки дрогнули, дыхание участилось. Легкие наполнило запахом ладана и…холодом.

— Очнулась, — разочарованный женский голос рядом. Колкий, пропитанный неприязнью.

— Обвиняемая, последнее слово? — звучит грозное и металлическое.

Я поднимаю глаза. Мраморный зал. Сотни лиц. Все они хотят моей смерти. Нет, ее — Мелании Крейн, старшей дочери герцогского дома Крейнов. Презираемой всеми злодейки.

Это суд над ней. Сейчас император драконов вынесет приговор и через три дня Меланию казнят.

Знаю этот момент. Читала его. Перечитывала.

Такая судьба ждет главную злодейку романа «Лепестки роз над Бездной».

Я прочитала его за одну ночь. Бессонница, залипание, слезы. Мне было ее жаль — умная, гордая, непонятая. Ее предали, выставили чудовищем, а она даже не сопротивлялась.

Но теперь в теле Мелании Крейн — я. Это моя жизнь. Или ее остаток.

— Приговор еще не подписан, — умоляет кто-то у подножия трона. Кланяется в пол великому императору драконов. — Дайте ей возможность оправдаться.

Я смотрю на того, кто возвышается над всеми. Смотрю завороженно и с придыханием.

Рейзар Дарион — мой главный палач. Остальные люди в огромном зале — никто. Они могут меня ненавидеть, жаждать крови, умолять меня наказать…Но последнее слово останется за ним. Только в его драконьей власти меня покарать или помиловать.

На последнее я не рассчитываю.

Император лениво приподнимает руку. Жест - как удар хлыста, мгновенно заставояет всех умолкнуть.

В горле сухость, во рту — горечь металла.В горле сухость, во рту — горечь металла. По залу разлетаются монотонные бормотания судьи. Мне зачитывают приговор.

Если я сейчас промолчу, меня убьют. Если скажу не то — тоже убьют. Но это мой последний шанс сломать сюжет. Другого не будет!

Я поднимаюсь. Ноги дрожат, гордо вскидываю подбородок, на губах слабая улыбка.

— Меня подставили. Все, в чем меня обвиняют — ложь.

Зал взрывается от шума и перешептываний. Напряженные лица оскаливаются. Конечно мне никто не верит.

Все равно. Я надеюсь на императора. Исключительно на него.

— Меня обвиняют в заговоре, — продолжаю спокойно, едва жужжание стихает.— Но прямых доказательств — нет. Угрозы герцогу Армеру? Я просто эмоциональная женщина с разбитым сердцем. Вам, государь, я тоже вредить не собиралась. Моя семья всегда стремилась быть ближе к короне, а не бороться с ней. Покушение на жизнь Феалии? А где была охрана, сменившаяся за день до инцидента? Почему Феалия неожиданно распустила всех своих служанок, словно готовилась к покушению? Не находите это странным?

Кто-то шумно втягивает воздух.

— Феалия отравлена, — напоминает судья.

— И она жива, не так ли? Слава Богу. Но это означает, что яд был не смертельным. Похоже на подставу.

По лицу императора невозможно считать эмоции и мысли. Лицо словно камень в обрамлении огненных волос. Глаза цвета расплавленного золота сужаются.

Я вдруг понимаю — он не ожидал, что я заговорю. В книге Мелания боялась его как огня. Он трактовал этот страх по своему.

— Интересно, — произносит император. — Вы просите отсрочки? Или новой казни, но за ложь при дворе?

— Я прошу возможности доказать, что не я враг империи, — от волнения голос сбивается, сжимаю руки в кулаки до побеления костяшек. Я хожу унять это волнение.