Книга Стажерка в наказание, или Академия Безликих, страница 53 – Лея Кейн

— Я рассчитывал, что вам есть, о чем поговорить. Все-таки ты потомок его возлюбленной.

— Я потомок ее брата.

— Все равно являешься ее дальней родственницей.

— Ее брат предал их. Эрнис погиб из-за него, а судьба Габеллы осталась неизвестной.

— М-да, — подытожил Дамиан. — Шансы подружиться с Тихим Мороком у нас на нуле.

— Старайся направлять свои мысли на магию. Тебе потребуются все силы и максимум сосредоточенности на ритуале. Не отвлекайся на пустяки.

Мы спустились по ступенькам к двери, которая еще вчера была крепко запечатана замочной паутиной, а сегодня распахнута настежь.

— Оба-на! — Дамиан бросился к порогу и заглянул внутрь — во тьму глубинных катакомб, опустевших от заточенного на два столетия духа. — Варвара Элияровна, не хочу нагнетать, но у меня для тебя плохие новости. Кажется…

— …Тихий Морок сбежал, — договорила я.

Не требовалось обладать особенным даром, чтобы понять, никакой узник не упустит возможность смыться.

Я оглядела дверь со всех сторон, внимательно изучила ручку, провела пальцами по ребру, обнаружив только тонкую пленку бесцветного пепла.

— Ее сожгли.

— Что? — переспросил Дамиан, перестав всматриваться во тьму.

— Защиту выжгли магией. — Я огляделась, надеясь хоть краем глаза заметить, что за нами следят. — Он не сам сбежал. Ему помогли.

— Давай проверим пещеры. Может, он еще внутри.

— Не говори глупостей. Учуяв мой дар, Тихий Морок уже несся бы сюда на всехпарусах.

— Не нравится мне твой тон.

Нахмурившись, магистр скрестил руки на груди, расставив ноги на ширине плеч. Я признала, что в таком виде выгляжу очень даже боевой. Джинсы и свитер придавали мне куда больше твердости, чем любимые бабушкины платья.

— Ну извини, что я не испытываю кайф, когда мне утирают нос! — фыркнула я. — Хоть иногда оценивай наше положение правильно. Наш враг всегда на шаг впереди. Мы не просто следуем по его маршруту. Он играет нами, как марионетками. И это отвратительно — даже не догадываться, кто он. Хотя у меня острое ощущение, что он совсем близко, на расстоянии вытянутой руки. Слышит нас, видит. Смеется над нами…

И тут я умолкла, пристально взглянув в сузившиеся глаза Дамиана Рейнфрида.

Нет. Только не он…

— Ну-ка, подруга, признавайся, ты сейчас меня имеешь в виду?

— Ты два года учился в АЗМ, — изложила я. — Единственный безликий магистр…

— Стоп! — рявкнул он угрожающе. — Многие безликие поначалу учились в АЗМ. Даже твой дружок де Аркур. Это не причина обвинять меня в преступлениях против магии. Тебе что, этот шкет блондинистый будку стряс, когда отвечал на пылкий поцелуй?

Агрессия. Иного я от него и не ожидала.

— У тебя очень удобная позиция. Безликий бездельник и бабник. Никто даже во сне не заподозрил бы тебя.

— А мотивы?! — сильнее разозлился он.

— Их я тоже выясню. Поверь, выведу тебя на чистую воду…

Не успела я договорить, как Дамиан взмахнул рукой и силой мысли шибанул меня дернувшейся дверью по лбу. Перед глазами вспыхнули и вмиг погасли хороводы звезд, погружая меня в беспросветный мрак. Ноги стали ватными. Тело отяжелело. И я стремительно потеряла сознание, напоследок пробормотав:

— Значит, я права…

Каким же отчаянным безумцем надо быть, чтобы не щадить собственное тело! Мало ему синяка под глазом, теперь еще и шишка во лбу будет. Хотя зачем ему вообще это огромное и бездарное тело, когда есть мое — красивое, аккуратное, энергетически сильное. Наложит на меня заклятие немоты, убедит всех, что мы разошлись по своим телам, и проживет остаток жизни под именем златородной магини. А меня ждет печальная судьба безликого блаженного.