Книга Стажерка в наказание, или Академия Безликих, страница 10 – Лея Кейн

Улыбочка померкла. Один — один, Варвара Элияровна!

— Не разбредаемся! — переключился я на студентов.

Несколько последних девчонок обернулись и, похихикав, зашушукались.

— А вы пользуетесь успехом у учениц, — не упустила это из вида златородная. — Выпускницы вешаются вам на шею, назначают свидания. Более молоденькие глупышки строят глазки. Не боитесь пополнить ряды томящихся в узилище для магов преступников?

— Хочешь упечь меня за решетку, обвинив в обаянии?

— Перестаньте мне «тыкать».

— Иначе что? Пожалуешься на нарушение субординации? Ну валяй. Если видишь за моей спиной очередь из желающих занять мое место и вдалбливать адептам скучную картографию.

— Одна кандидатура есть, — намекнула она на себя.

— Это будет выглядеть так дешево: жалоба на педагога ради корыстного смещения его с должности. Спустись с небес, златородная, я не так туп, как тебе кажется. Свои права знаю и буду их отстаивать. Не веришь? Поинтересуйся прошлогодней историей с библиотекаршей. Сотню новых учебников на академию я все-таки выбил.

— Ах, так это вы — тот самоуверенный, беспринципный наглец, возомнивший себя невесть кем, требуя от дирекции АЗМ едва ли не преклонения? Теперь ясно, почему ваша должность вдруг попала в список свободных вакансий.

Вот об этом я не знал. Выходит, профессор Аверардус действовал исподтишка, чтобы в будущем просто поставить меня перед фактом.

— А мне ясно, что и ваша канцелярия может ошибаться…

— Мы заходим или как?! — перебили нас студенты, столпившись перед старой массивной дверью в небольшом углублении под Холмом.

— Сначала вспомним технику безопасности. — Я протиснулся вперед. — Кто мне скажет, чего категорически нельзя делать во время экскурсии по подземному городу?

— Слушать нудную лекцию! — хохотнули парни.

— Заткнитесь, придурки! — отчитали их девушки и, заулыбавшись, начали перечислять: — Нельзя разбредаться, без позволения трогать предметы, кричать, бегать, есть и пить, применять магию…

— Магию? — удивилась златородная. — Разве вам неизвестно, что безликим вообще запрещено применять магию? Не только в подземных городах?

Адепты замолчали. Пришлось мне поднимать им настроение:

— Если на Варвару Элияровну упадет здоровенный камень, который вам будет не под силу сдвинуть физически, даже не вздумайте применять магию, чтобы освободить ее. Всем ясно? — Они засмеялись, и я открыл заскрипевшую дверь. — Тогда вперед!

Веселая компания просочилась в проем, шутя, толкаясь и пугая друг друга проклятиями Тихого Морока. Только златородной, превращающейся в мой геморрой, было не до дурачества.

Последней продефилировав вниз по ступенькам, она выпрямилась передо мной, задрала подбородок и заявила:

— Освежу вашу память, магистр. Если на меня упадет камень, я в состоянии сдвинуть его сама. Но если же он упадет на вас…

Уголок ее змеино-милого ротика приподнялся, глазки засверкали. Сколько же огня в этой красотке полыхало там, где не нужно! Зато в личной жизни у нее явно был смертельный холод. Отсюда и паранойя, что я увлекся зоной ее декольте. Нет, я, конечно, с первой встречи, едва она приземлилась в мои объятия, прикинул, на какой стадии созревания ее упругие девочки. Не часто в нашей академии встретишь молоденькую златородную. В основном, нас удостаивали чести вредные развалины, считающие себя умнее других. Как только что показал опыт, самообожание приходит к ним не с годами, а плещет в них уже с рождения. Все же это не мешало видеть в этой мелкой занозе аппетитную крошку. Если вытряхнуть из нее предвзятое отношение к безликим, спесь и девяносто процентов ученой литературы, то в ней вполне можно увидеть роскошную кокетку. Увы, получается, что нужно заменить всю ее начинку, а это вряд ли возможно. Наверное, только в том случае, если в ее оболочку засунуть другого человека.