Книга Попаданка для хозяина Снежной Башни, страница 6 – Яра Вереск

И… она послушно упала, свернувшись калачиком у моих ног.

– Назад, гады! – заорала я отчаянно, как не орала даже давеча на медведя.

Из оружия у меня осталась только та самая палка-ружье.

Но вдруг над моим плечом сверкнуло синим, и ближайший ледяной призрак, охваченный бледным мистическим сиянием, осыпался на снег.

Так их! Я перехватила палку поудобнее. Живой не сдамся и красавицу не отдам! Жирно какать будут, как говорит мой племянник!

Еще один синий льдистый поток миновал нас с девицей, но приголубил «чародеев».

А потом еще! И еще! Синие лучи словно бы потрескивали, перекрывая гудение ветра в кронах, чародеи же передвигались беззвучно, но вместе с ними передвигался запах. Мерзотный. Пахло холодом, тухлецой. Хорошо, что это был очень слабый запах.

И вот бы мне оглянуться и посмотреть, кто же это из леса нас прикрывает так эффектно, и что не менее важно, эффективно. Но я глаз не могла оторвать от страхолюдин. Череповые улыбки, снежные плащи, костяные, словно ледяной же коркой покрытые, пальцы.

Вот только дотянись до нас, гад! Так ружьем приложу, что зубы поперек горла встанут!

Но вспышки синего света к нам страхолюдин не подпускали.

Не знаю, сколько это длилось. Просто наступил момент, когда вдруг – вокруг только тишина, мельтешение мелких колючих снежинок и почему-то полное безветрие.

Пальцы до белых костяшек впились в палку и так задубели. Челюсть сжата, словно примерзла, и не разжать.

Ого, как меня накрыло! Спокойно, Вася-Василиса! Вдох, выдох! Это адреналинчик. Сейчас пройдет. Живы будем, не помрем…

Кстати, вот сейчас уже можно и оглянуться.

Не знаю, каким чутьем я определила, что наш спаситель все еще никуда не делся и стоит во-он за той елочкой, которой я сегодня прическу попортила во имя нашего с красавицей выживания.

– Привет! – махнула я туда рукой. – Спасибо, друг. Выручил.

«Друг» вышел к нам из метели. На стрессе показалось, что это такой же ледяной скелет, только плащ не белый.

Меня даже как холодом окатило, от головы до пяток.

Но нет, подошел, засветил фонарик-не фонарик, какой-то магический кристаллик. Высокий, молодой мужчина, я бы сказала, лет тридцати или даже постарше.

Но первое, что я заметила – это одежда. Вот видно, что человек понимает толк в удобстве – куртка из шкуры, наверное, оленьей, мехом внутрь, с капюшоном, удобной длинны – и двигаться не мешает, и замерзнуть не даст. Штаны тоже кожаные, украшены в боковых швах мехом, а обувь… как что-то ненецкое или камчадальское. До самых колен.

И светлый, вероятно, шерстяной, короткий плащ поверх этого великолепия.

Вот в чем надо по лесу ходить, а не в бархатном платьице с декольте. И не в парчовом платьице, пожалуй, тоже…

– Замерзли? – с непередаваемым сарказмом в голосе спросил этот «друг» вместо приветствия. – Погреться решили? Кто вас надоумил ночью в лесу огонь разводить? Холодно вам?!

Ага, вот и «друг».

– «Т-тепло ли тебе девица, тепло ли тебе, синяя!» – процитировала я старую шутку.

Руки, наконец, разжались, и палка из них выпала в снег. Я с удивлением на них посмотрела: палка-то выпала, а пальцы так и остались полусогнутыми. Смерзлись.

Подвигала – нормально. Шевелятся. Отойдут.

– Что? – вскинулся незнакомец, и я наконец, взглянула на него.

А ничего так, симпатичный. Пряди, что выбились из-под капюшона, инеем покрыты, но видимо, и от природы светлые. Брови – густые и прямые, скулы высокие, подбородок красивый и широкий. Ух, сердцеед, наверное. Только как бы не в буквальном смысле.