Книга Девушка и дракон, страница 72 – Яра Вереск

Их с Кварцем мгновенно обступили. И конечно, Оверт был одним из первых, кто подлетел к ним. Губы у него кривились от бешенства.

— Где ты была? Ведь тебя не было всю ночь, так? Служанка принесла воду в твою комнату, и видела, что постель была не тронута. Мать не переживет, если кто-нибудь об этом узнает. Это же… это позор. Ты, никчемная, бестолковая курица без крупицы мысли в голове…

Сэни набрала воздуха, чтобы ответить, но Кварц ее опередил.

— Ну что вы, господин Оверт. Ваша сестра всю ночь мирно спала в своей комнате. Неужели вы не помните, что сами видели, как она туда поднялась? Ровно так, как это бывало раньше?

Оверт не мог этого видеть. Сэни прекрасно помнила, что ушла из Ручьев раньше, чем вернулся из города брат. Но вопреки всему он медленно кивнул и нахмурился.

— Верно… поднималась. Но… комната… постель… служанка клялась, что все было так, как она оставила вечером.

— Мне не спалось, — взволнованно сказала Сэни. — И я… я задремала в кресле.

— Вот именно, — уверенно сказал Кварц. — Вы же знаете привычку вашей сестры вставать до света.

— Все время вскочит ни свет, ни заря, — проворчала Сильма, — и бродит по дому, смотрит везде… а чего смотрит, раз даже не собирается никому рассказывать?

Кварц добавил:

— Совершенно напрасная тревога. Девушка просто убрела туда, где ее никто не подумал искать…

Оверт хлопнул себя по лбу:

— Я же хотел проверить дядюшкины комнаты. Знал же, что она туда частенько ходит. И как только никто не заметил, что она на улицу пошла? Удивительно. Ладно. Все. Вопрос решен. Возвращаемся в дом. А ты…

Сэни упрямо смотрела на брата.

— Ты… чтобы я больше не слышал о твоих утренних прогулках. Завтрак уже остыл. Ступай в дом!

Кварц шепнул ей на ухо:

— Идите. Теперь любой из них подтвердит, что вы всю ночьбыли в своих комнатах.

— Но как…

— Тсс!.. Всему свое время, Сэника Диньяр. Всему свое время.

Двор уехал.

По случаю отъезда его величества в городе устроили такой же пышный праздник, как и по случаю приезда, но семейство Диньяр осталось дома. Адилна все никак не могла успокоиться после покушения на Тэру, а Сэни одну никто в город не отпустил бы. Ведь Оверт покинул Семь Ручьев почти сразу после дня коронации: приказом короля полк был расформирован и его отряд перевели еще севернее, поближе к хребту и Акуану, подальше от уютных родных домов.

В замке и летом-то было тихо и уныло, а к осени стало совсем грустно: советник Вилшан перебрался из усадьбы в город, ближе к событиям и увез семью, вдова полковника вовсе перестала куда-либо выезжать из дому. Даже капитан Дорирад как будто потерял к замку интерес: за всю осень заглянул только раз.

Новая служанка, взятая на место Тэры, оказалась женщиной строгих правил и не слишком широких интересов: ей были интересны сплетни и конфузы из жизни знатных господ и только они. Возможно, даже место в Ручьях она искала только потому, что когда-то услышала о великолепном падении Сэники Диньяр к ногам наследника.

Сэни старалась жить, как обычно. Как все последние восемь лет. Получалось плохо.

Исчез Гинрад, исчез страх.

Но осталась привычка. И Сэни делала привычные дела, привычно молчала, улыбалась, или пожимала плечами вместо ответа. Но это была уже совершенно другая Сэни. Сэни с другими глазами.

Она вдруг увидела, что привычные с детства вещи, вещи, казавшиеся ей твердокаменными и неизменными, на самом деле ветшают и старятся.