Книга Сиротка для ректора, или Магия мертвой воды, страница 79 – Яра Вереск

Я подтверждающе кивнула. Ничего сложного — выплатить зарплату смотрителю и оплатить закупку корма.

— Что-то я вас не припомню, Рона, — Ухмыльнулся дед. — Здесь у нас таких давно не водилось. Ладно. Идите. Отметитесь в журнале, как надумаете уходить…

— Вообще-то, — рассказал мне жизнерадостный Эван, — место это не слишком легальное. Налогов хозяева, во всяком случае, не платят. Но работают добросовестно. Да здесь даже… вон, видите, денники? Здесь содержат лошадок, которые по городу детей катают. Это дешевле, чем на официальных конюшнях. Вон там высокое здание. Там всякая экзотика обитает, но я вам не говорил, а вы не слышали. Это эм… можно сказать, контрабанда. Несколько грифонов живут ниже, за манежем. А Сула — вот… идите сюда!

В природе грифоны обитают в горных пещерах,живут прайдами и охотятся всей стаей. Здесь для них, видимо, пытались создать сходные условия — невысокий, но широкий загон был изнутри облицован камнем. Частично. Еще там были сложены чурбачки и ветки. У выхода стояли ведра и лопаты — для уборки, а глубже внутри ведро с водой — поилка, и широкая длинная доска.

Мы остановились, не заходя внутрь. Эван продолжил рассказ:

— Сула — особый случай. Она не летает и вряд ли когда-нибудь встанет на все четыре лапы. А вот у других здешних грифонов условия лучше, чем у нас в форте. По два выхода из грота, проточная вода в прямой доступности. Так, Рона. Должен предупредить. Сула — это не Тигр. Она очень не любит посторонних, которые входят к ней. А из-за болезни характер у нее все хуже. Так что, близко не подходите. Не надо. Достаточно будет, если вы просто проследите, что зверь накормлен, а вольер вычищен.

— Хорошо, — Кивнула я. А сама почему-то подумала: мы с ней похожи, с Сулой. Может, получится как-нибудь договориться? В конце концов я тоже…

Надо, наверное, с этим уже смириться. Я тоже как-то слишком привязалась к Дакару. Ладно. Это неправильные слова. Мне за него тревожно, мне хочется все бросить, и попросить Эвана, чтобы он меня увез назад в форт. Чтобы убедиться, что с ним все хорошо.

Но, это означает, что я не выполню обещание. А я — обязательно выполню!

Эван вызвал кого-то по магворку, через минуту к нам подошел молодой, не старше меня, парень в грязной спецовке, которая когда-то была оранжевой. Парень отчетливо пах зверьми. Сверкнул зубами, сказал:

— Ну Дакар и выдумал тоже! Такую барышню к своей крокодилице отправить. Разве что, вы перед ним как-то сильно провинились, и он решил таким образом решить сразу две проблемы.

— Какие? — спросили мы одновременно с капитаном.

— Какие… наказание виновной и прокорм этого чудовища. Кстати, господин Эван, довожу, что она не жрет со вчерашнего утра. И шипит. Я боюсь подходить, честно! Ладно, барышня, меня зовут Фарат, я за ней приглядываю, чищу тут и кормлю… Но чищу — когда она дается. А со вчерашнего дня мне близко не подойти. Хотя при Дакаре она у меня с руки мясо брала! Сейчас даже не верится!

Я по случаю прохладной погоды спрятала волосы под платком. Да, стесняться больше нечего. Но мне так спокойней. Люди оглядываются на мою слишком короткуюприческу все равно — и я каждый раз вздрагиваю. Привыкну однажды! Обязательно привыкну! Ну или они раньше отрастут.

— Что, рискнете?

Мы с капитаном переглянулись, и он кивнул за нас обоих.