Книга Сиротка для ректора, или Магия мертвой воды, страница 148 – Яра Вереск

Вокруг меня безусловно что-то происходило, но скользило по краю сознания и улетучивалось в бездну. Меня, кажется, куда-то везли. С кем-то ругались… потом заставили выпить какое-то… что-то мерзкое и холодное. Завернули в одеяло… или это, как в старой пьесе, был пыльный ковер?

Сколько это длилось, была ли еще ночь? Или это была уже другая ночь? Мотор тихо гудел, что-то щелкало. Пахло алкоголем и почему-то знакомыми духами.

Духи я пыталась вспомнить, но ассоциации были нейтрально-неприятные. Что-то из академии. У меня в академии друзей мало, но и врагов можно по пальцам пересчитать… Милена Латава, да Эльза Здана…

Эльза сбежала, Латава болеет. Не о чем тут говорить…

Я проваливалась в сон, потом вдруг просыпалась, но в голове по-прежнему варилось некое густое зелье из несочетаемых ингредиентов — воспоминаний и догадок, и просто случайных образов. Мне, пожалуй, хотелось куда-нибудь побыстрей приехать. Даже не важно куда — лишь бы это выматывающее бесконечное движение закончилось.

Помню телепортацию. Как кто-то долго объяснял, что я — чья-то там дочь и что хотела сбежать из дому… ерунда, может, сон.

Потом снова долго-долго куда-то ехали. В салоне мотора было тепло, даже жарко, а на меня еще накинули теплых вещей. Одеял, может, шуб.

А вернулась в сознание уже окончательно я оттого, что меня снова кто-то бросил в воду. Как тогда, в детстве! Как будто снова собирались утопить…

Я закричала, забарахталась, наглотавшись тепловатой, пахнущей илом воды, и далеко не сразу поняла, что до дна совсем недалеко. Можно даже встать на колени. Или сесть. Мелкий бассейн, локтя в три глубиной.

В ушах звенело. С волос потекли ручьи.

— Не давай ей вылезать, пока хозяин не придет!

Голос был мне не знаком. По коже заскользил ветерок. Я поняла, что мы не в помещении, но сейчас — зима! И пока ехали, не знаю почему, но во мне крепла уверенность — движемся на север!

Я стерла с лица воду и обернулась на голоса.

Двое. Одеты… обычно. В теплые штаны, меховые куртки. Так многие в городе носят. Только шапки. Шапки закрывают все лицо, лишь для глаз и носа оставлены прорези. Не хотят, чтобы их узнали?

— Отвернись! Ты! Идиот, тебе же велели глаза ей завязать! Или вам плевать на инструкции?!

— Так пусть из воды вылезет,я мигом!

— Точно идиот. Дайвары в воде безвредны. Не могут оборачиваться. Так она никуда не денется, а если перекинется в кого-нибудь, и что станешь делать? С тигром? Или с грифоном?!

Прямо передо мной был белый с прожилками камень, покрытый трещинами. Мрамор? В трещинах жил темный мох. Я осмелилась осторожно посмотреть вверх, и поняла, что меня бросили в фонтан. Очень старый, конечно же, не работающий. Фонтан наполняла вода — скорей всего дождевая. Вода была грязной и покрытой ряской и мелким мусором.

— Держи ее на прицеле. Отвечаешь головой. Она хозяину нужна живая.

По хмурому небу быстро бежали облака на фоне темных обветренных силуэтов древних развалин. Все старое…

Кто-то когда-то говорил мне, что в Оставленном Городе никогда не бывает холодно. Правда, светло тоже никогда не бывает — древняя магия хранит здешние тайны. А тайны эти настолько опасны, что оба государства, и Мерания, и Каритская республика, запретили частные исследования на этих территориях.

По остаткам стен непонятно, что здесь было — городская площадь, или двор богатого дома, или что-то еще. Фонтан среди замшелых развалин казался самой целой вещью. Но вода в нем была обычной, не магической.