Книга Психо-Стая, страница 256 – Ленор Роузвуд

Всё снова кажется нормальным. Настолько нормальным, насколько это возможно сейчас.

Мы выходим из нашей временной базы навстречу дню, который сменится ночью к тому времени, как мы доберемся до Райнмиха. Проходим мимо рядов сурхиирских солдат, которые вытягиваются по струнке при виде своего принца, в то время как наемники Николая слоняются вокруг в своем пестром снаряжении. Контраст был бы забавным, если бы не смертельно серьезные выражения на лицах у всех.

— Готова? — спрашивает Тэйн, когда мы подходим к голове колонны.

— Готова, — твердо отвечаю я.

Виски с привычным драматизмом распахивает двери, открывая вид на организованный хаос наших собранных сил. Сурхиирские войска стоят перед нами в идеальном строю — море безупречно белого цвета, и все глаза устремлены на нас.

— Ну что ж, — говорит Виски, разминая костяшки пальцев с дикой ухмылкой. — Пошли выиграем эту гребаную войну.

Глава 45

ЧУМА

Аванпост у старой шахты высится перед нами — зазубренный шрам, вырезанный в склоне горы. Я сканирую периметр, высматривая любое движение вдоль стены. Она выглядит обманчиво слабой, местами осыпавшейся, заросшей упрямой растительностью, цепляющейся за жизнь в этом суровом краю.

Я знаю лучше.

Райнмих ничего не делает вполсилы, особенно когда речь идет об укреплениях. Но Азраэль выбрал это место как лучшую точку входа не просто так. Мысль о брате посылает новую волну беспокойства, но я подавляю её. Сейчас нет места для сомнений.

Наши скрытые силы должны быть на позициях, растворившись в лесу, словно тени. Я представляю среди них Валека: его серебряные глаза блестят в темноте, пока он готовит винтовку. Впервые я рад, что змея на нашей стороне. И не только потому, что он пришел на помощь, когда я нуждался в этом больше всего.

Николай шагает рядом со мной; его кроваво-красное пальто — яркое пятно на фоне приглушенных тонов окружения. Очевидно, его не отговорить от этой эпатажной показухи даже в разгар войны. Честно говоря, если войска Райнмиха нас заметят, то из-за целой армии, а не из-за его нелепого чувства стиля.

На его иссеченном шрамами лице застыла скептическая усмешка.

— «Слабое место», жопа моя, — бормочет он. — Твоему контакту лучше не лажать.

Я спокойно и уверенно встречаю его взгляд.

— Он не подведёт. Он человек слова.

Слова горчат на языке. Когда-то я бы, не раздумывая, поставил жизнь на честь Азраэля. Теперь… я не так уверен. Но я не могу показать эту неуверенность. Не тогда, когда от этого момента зависит так много.

Я чувствую тревогу Виски и Айви. Повернувшись к ним, я ободряюще улыбаюсь. Улыбка выходит натянутой, но я надеюсь, что она достаточно убедительна.

Размеренным движением я тянусь к кожаной маске чумного доктора, висящей на поясе. Эта украшена золотой сурхиирской филигранью, но в остальном — точная копия. Знакомая тяжесть в руках странно успокаивает. Когда я надеваю её, поправляя кожаные ремни, ко мне возвращается чувство правильности.

Вот кто я теперь. Целитель и предвестник смерти в равной мере. По крайней мере, на эту ночь.

Выживу я сегодня или нет, это последний день, когда я надеваю эту маску. Либо я умру, либо завтра проснусь в новой жизни со своей стаей. С Айви.

Линзымаски окрашивают мир в янтарные тона, делая всё сюрреалистичным. Это символично. То, что мы собираемся сделать, порой до сих пор кажется лихорадочным сном.