Книга Психо-Стая, страница 222 – Ленор Роузвуд

Я хочу позволить Альфе взять контроль. Потеряться в первобытной нужде заявить права, доминировать. Наказывать.

Мои руки сжимают бедра Айви до синяков, я вхожу в неё с новой силой. Она вскрикивает, её ногти полосуют мои руки, оставляя жгучие следы. Боль только подстегивает меня, раздувая пожар в венах.

— Вот так, — рычу я, прикусывая её за горло. Недостаточно сильно, чтобы прокусить — я не помечу её без явного разрешения — но достаточно, чтобы заставить её ахнуть. — Покажи ему, чего он лишен. Покажи, что он проебал.

Тело Айви натягивается между нами, балансируя на краю разрядки.

— Пожалуйста, — скулит она. — Я так близко. Сделайте это. Заставьте меня кричать.

Призрак издает звук, в котором больше от зверя, чем от человека; его бедра вскидываются с сокрушительной силой. Я подстраиваюсь под его ритм, и вскоре мы трахаем Айви с полным самозабвением. Узел удовольствияв моем животе затягивается всё туже с каждым толчком, грозя лопнуть в любой миг.

Но я не отпущу. Еще нет.

Не раньше, чем Айви рассыплется в наших руках.

— Одна минута, — выдавливает она вместе со сдавленным всхлипом.

Моя рука скользит между нами, между её ног; пальцы с привычной легкостью находят клитор. Я растираю набухшую плоть тесными кругами, впитывая отчаянные звуки, срывающиеся с её губ.

— Давай, малышка, — подгоняю я, голос охрип от напряжения и нужды. — Кончи для нас. Покажи Валеку, как хорошо тебе с нами.

Будто мои слова были приказом — финальный оргазм Айви обрушивается на неё, как цунами. Спина выгибается, голова откинута назад, из горла вырывается дикий крик. Её внутренние стенки сжимают нас, как тиски; ритмичная пульсация её финала высасывает наши члены.

Это чересчур. Удовольствие достигает пика — раскаленное добела и всепоглощающее. С ревом я вхожу в неё так глубоко, как только могу; моё извержение заливает её долгими, горячими толчками. Где-то вдалеке я слышу ответный рев Призрака — он следует за нами в бездну.

Долгое время единственный звук в комнате — наше рваное дыхание. Айви обмякла между нами, обессиленная и сытая. Я прижимаюсь носом к её шее, вдыхая дурманящий запах нашей общей разрядки.

А затем — едва громче шепота — её голос:

— Время вышло.

Я резко вскидываю голову, впиваясь взглядом в Валека. Я отвлекся ненадолго, но сразу вижу: он не нарушил правила. Он в плачевном состоянии — кожа раскраснелась и покрыта испариной. Грудь ходит ходуном от тяжелого дыхания, но по тому, как его пальцы впились в каменный пол, а костяшки побелели, я понимаю: он ни разу не коснулся себя.

Он выглядит так, будто сейчас сдохнет. Блять. Он реально это сделал. Не уверен, впечатлен я или разочарован.

Айви переводит взгляд на меня, потом на Призрака; её глаза затуманены, она всё еще тяжело дышит после того, через что мы её протащили. Когда она поворачивается к Валеку, я ненавижу то, что её губы изгибаются в слабой улыбке.

— Что ж, — говорит она охрипшим от криков голосом. — Полагаю, ты всё-таки заслужил это милосердие.

Смех Валека звучит ломано и хрипло.

— Как щедро с твоей стороны, маленькая омега, — выдавливает он; голос такой, будто он только что проглотил горсть битого стекла и гравия.

Я напрягаюсь, ожидая подвоха.Ожидая, что сейчас Валек выдаст, что всё это было частью хитроумного плана, и выхватит свой любимый нож. Но он просто сидит, тяжело дыша, совершенно раздавленный.