Книга Цена любви, страница 63 – Валерия Аристова

— Господь, возьми у меня все, что я имею, — прошептал Эдуар, но эхо подхватило его слова, и разнесло их под сводами часовни, — только Ты способен творить чудеса... — Эдуар достал кошель с деньгами и положил его на алтарь, — только позволь назвать Эстель своей женой!

Образ Христа расплылся перед глазами, сердце сжалось, но тут он совершенно явно увидел улыбку на казавшемся до этого строгим лице Спасителя.

Эдуар начал читать молитву, вдруг ощутив совершенное спокойствие в груди. Впервые за долгое время сердце его билось ровно. Как будто Господь услышал его. Он поднялся. Снял кольца, цепочку, золотой обруч, положил рядом с алтарем, под вазу с цветами. Больше у него ничего не было. Он закрыл лицо руками, продолжая молиться так, как не молился сидя у ложа умирающей матери. Если молитва идет от чистого сердца, Господь слышит ее, вспомнил он слова Адриана.

— Господь, ради всего святого, позволь мне назвать Эстель своей женой, — повторял он, как будто от его слов зависело будущее, — Господь, я готов отдать абсолютно все...

Эстель сидела за столиком в своем шатре и следила за тем, как девушки собирают ее вещи. Пожилая служанка укладывала ее волосы в сложную прическу, приличествующую знатной даме, закалывая их золотыми шпильками. Сегодня последний день, когда будет дан большой прием в честь маркиза де Клюси, и уже завтра на рассвете гости потянутся по домам. Эстель хотела быть одной из первых, кто покинет гостеприимный город Тур.

Эстель вполне отдавала себе отчет о том, что натворила. С тех пор, как умер ее муж, у нее не было любовников. Ни одного, как ни уговаривала ее Матильда позволить кому-нибудь из молодых рыцарей приблизиться к себе. Эстель была слишком серьезна, чтобы разманиваться на ничего не обязывающие интрижки, и никогда не стремилась к удовлетворению плоти за счет унижения духа. Она знала, что существует настоящая любовь, когда дух и плоть сливаются воедино, возносясь на небеса блаженства, и что подобное можно познать только в объятьях любящего и любимого человека.

Что ж, она познала настоящую любовь. Ночью они трижды вместе возносились на небеса, а потом засыпали, прижавшись друг к другу, сжимая друг друга в объятьях до боли, желая раствориться друг в друге, и шепча слова любви. Эстель знала, что он любит ее. Она чувствовала его, чувствовала его восторг, тот же, что ощущала она сама. Чувствовала, как его тело отзывается на ее умелые ласки, как дрожат его руки, ласкающие ее, и как сбивается дыхание, когда она ласкала его.

Эстель была весьма искусна в любви. Муж ее желал иметь хорошую любовницу, поэтому обучил ее разным секретам, которые использовали восточные женщины во время соития. Сам он был искушен в подобных вопросах и от своей юной жены требовал того же. Теперь Эстель была рада, что может доставить удовольствие своему молодому любовнику, и улыбалась, вспоминая, как он извивался в ее умелых руках, одновременно прося пощады и умоляя не останавливаться. Она мысленно поблагодарила мужа за подарок, который не ценила прежде. Наверняка Эдуар никогда не сталкивался с женщинами, которые умели нечто подобное и делали это без всякого стеснения.

Послышались шаги, и Эстель очнулась от воспоминаний, осознав, что сидит с закрытыми глазами и дурацкой улыбкой на губах. Она резко обернулась как раз в тот момент, когда полог был откинут и пропустилв шатер темную фигуру.