Книга Цена любви, страница 59 – Валерия Аристова

И вот, вечером, когда объявили его победителем, когда Адриан вскинул руку в знак одобрения, граф де Тур предложил самой прекрасной даме Эстель де Шательро наградить победителя.

Эстель резко поднялась. Щеки ее вспыхнули. На ней было платье из зеленого блестящего шелка, струящееся по изгибам фигуры, и расшитое золотыми листьями по корсажу. Эдуар поднял на нее глаза, взгляды их встретились, и Эстель вспыхнула, как девчонка. Она спустилась по лестнице, взяла золотой поднос с золотым венцом, и вышла на песок под звуки баллады, которую наигрывали со всех сторон. Ничего подобного люди еще не видели. Как будто Тристан и Изольда вдруг спустились к ним со страниц романа. Как будто Гиневра поднесла венец Ланселоту. Эстель боялась сделать лишнее движение, сжала зубы так, что стало больно. Она сама попалась в собственную ловушку с этой балладой. Черт бы побрал Жульена, который так мастерски воплотил в жизнь ее причуду. Ей никогда не оправдаться перед сходящим с ума от ревности Симоном. Ей никогда не смыть с себя славу.

Эдуар опустился на одно колено, склонил голову, и Эстель надела на него золотой венец. Тогда он встал, и глаза их снова встретились. Она должна была его поцеловать. Все чувства разом обрушились на него вместе с прикосновением к груди ее руки. Он забыл, как нужно дышать, когда Эстель поднялась на цыпочки, и губы ее приблизилиськ его губам. А потом она его поцеловала.

Весь мир померк, и осталась только Эстель. Ее мягкие губы и робкое прикосновение, будто обжегшее его огнем. Он весь вспыхнул, забыв, что находится в центре ристалища, что вокруг толпа народу, положил руку ей на затылок, и прижался к ее губам, будто боясь, что она растворится в воздухе.

— Нет, — прошептала она, отстраняясь, упираясь в его грудь руками, и он вдруг пришел в себя и понял, что натворил.

Страстный поцелуй посреди ристалища будет описан сегодня же ночью и преподнесен в балладе. Он не сдержал страсти, и заслужил самого жестокого осуждения. Адриан будет недоволен им.

Эстель ушла, а он стоял один на песке, пытаясь прийти в себя.

Вдруг глаза его остановились на алом пятне. Матильда смотрела на него зло, щеки ее пылали.

— Так же я хочу поблагодарить госпожу де Серелье за вдохновение, — сказал он, и отвесил ей поклон.

Потом обернулся на Адриана. Тамплиеров нигде не было.

Самым большим желанием Эдуара было исчезнуть. Он добился грандиозной победы, выиграв все поединки, в которых участвовал, он получил золотой венец и достаточно денег, чтобы хватило на поездку в Святую Землю. Он навеки покрыл имя свое славой. Он должен был быть на седьмом небе от счастья и гордости собой. Но желанием его было спрятаться, не видеть никого, и поговорить с Адрианом.

Впрочем, Адриан ждал его у шатра. Лицо рыцаря было сурово.

— Ваше поведение, шевалье де Бризе, достойно всяческого осуждения, сказал он, — но я не тот человек, кто может судить вас. Поэтому я прошу вас больше не совершать предосудительных поступков.

Эдуар хотел оправдаться, но оправдания ему не было. Видя его нерешительность, Адриан откинул белую ткань, приглашая его войти в шатер.

— Завтра мы покидаем эти места, — сказал он, когда Эдуар оказался внутри, — если вы не передумали, то я предлагаю вам ехать с нами. Мы можем сделать крюк, чтобы вы попрощались со своим отцом и взяли необходимые вам вещи.