Книга Папа, купи мне принца!, страница 42 – Валерия Аристова

— Я не знаю, как начать, Ваше Высочество, — проговорила она, расхаживая по кабинету, — но я должна спросить у вас... — глаза ее заметались, а потом она предложила, — давайте выйдем в сад?

Он подал ей руку, заинтригованный тем, что она хотела ему сказать. В парке Мирабелла немного успокоилась.

— Я на самом деле не знаю, как начать, месье, — Мирабелла посмотрела на него, — но я должна знать. Этот вопрос давно гнетет меня, только не спрашивайте почему...

— Что за вопрос, мадам?

Черные глаза ее сверкнули, а потом она опустила ресницы, точь в точь, как Аманда, хотя ей давно было уже не семнадцать лет.

— Я прошу... расскажите мне о своей жене.

Доминик был готов к любому вопросу, кроме этого.

— О моей бывшей жене, — поправил он, чтобы собраться с мыслями. Тема Лили была под запретом в замке, и он уже много лет не произносил ее имени в слух. Только про себя. С болью и раскаянием.

— Да, о вашей бывшей жене. Лили де Сен-Савиньон.

Имя Лили из уст Мирабеллы прозвучало совершенно буднично. В звуке этого имени не было кощунства. Имя — одно из многих, которые носят разныеженщины. И его первую жену тоже звали так. Лили. Сердце сжалось скорее по привычке, отдавая болью в голову и грудь.

— Что вы хотите знать, мадам? — спросил он, стараясь говорить обычным тоном, но голос получился все равно глухим и тихим.

Мирабелла внимательно посмотрела на него.

— Я хочу знать все, что вы пожелаете рассказать мне, — ответила она, но глаза ее внимательно изучали его лицо, — если, конечно, боль утраты не настолько сильна, что вам неприятно говорить об этом.

Она снова проявила заботу. Было странно, что ей не все равно, что он чувствует. Всем вокруг было все равно. Всегда. Всем, с тех пор, как... Да что там говорить, всегда. Отцу, Себастьяну, Лили... Лили. Он сжал губы. Лили тоже было совершенно все равно, что он чувствует, лишь бы он не мешал ей, не путался под ногами. А со времен трагедии его мачеха, сестра, кузены, дядя и Сибилла полностью отвернулись от него.

— Я женился на Лили по любви, — сказал он, пряча глаза, женился потому, что мой отец пожелал этого, но любовь возникла в тот же миг, как я увидел ее. Вы верите в подобное?

Мирабелла вздохнула. Странно, что за последние дни ее второй раз спрашивают об этом.

— Да, верю.

Доминик вскинул на нее глаза, обжигая взглядом.

— Я очень сильно любил ее, Мирабелла! — почти прошептал он, — но она в тот же день сообщила мне, что любит другого. Но мы обязаны стать мужем и женой по-настоящему.

— И вы стали? — спросила Мирабелла, краснея.

— Да. Лили поставила мне условия. Тогда они показались мне простыми, но на самом деле оказались невыполнимыми.

Мирабелла вопросительно смотрела на него.

— Лили сказала, что если я хочу ложиться с ней в постель, то не имею права интересоваться тем, кого она любит, задавать лишние вопросы и любым способом контролировать ее жизнь. Я поклялся.

— И сдержали клятву? — удивилась она.

Он отвернулся и некоторое время молча разглядывал цветок розы, на который села пчела. Пчела громко жужжала, приноравливаясь, как удобнее сесть на лепестки, потом заползла внутрь чаши цветка и Доминик наконец проговорил.

— Нет, — щеки его вспыхнули, — Мирабелла, это же совершенно невозможно! Я сходил по ней с ума, а она оставалась холодна.

— Но она же принимала вас?