Книга Не та невеста, страница 48 – Валерия Аристова

Кэрри молча ковыряла ложкой в тарелке, размышляя об этом. Нет, она никогда его не полюбит. Никогда, несмотря на то, что вчера ей было очень хорошо и весело с ним. Она не может полюбить бесчувственную статую. Им с Эмили достался один человек на двоих. Но счастье его Эмили унесла с собой в могилу, оставив Кэрри бесчувственный труп. Вчера он на несколько часов стал тем, кем был когда-то, но тут же замкнулся в себе, заставив Кэролайн отвернуться и опустить глаза.

В ней зрела злость. И пока Мэри и мистер Лейсон рассказывали о Париже, Кэрри вынашивала план мести.

Вечером леди Фелисити давала небольшой прием для своих. Кэролайн выбрала алое платье, которое наилучшим образом подходило для ее целей. Алое, воздушное, расшитое райскими птичками по линии выреза, с легким серебристым чехлом, искрящемся в свете свечей. Смотря в зеркало, Кэролайн казалась себе неотразимой. Почти как Эмили. Только Эмили была ангелом, а она, Кэрри... А она совсем не ангел.

Танцы, которые устроили для молодежи на приеме, порадовали красавицу Мэри. Кэролайн смотрела на нее, изучая каждую черточку ее лица — и синие глаза, и коралловые пухлые губки, и черные брови в разлет. Все было в ней хорошо и красиво. Под руку со своим мужем она казалась невероятно счастливой, и как никто другой она была достойна своего счастья. А Кэрри... Кэрри стояла рядом с лордом Эдвином и леди Фелисити. Неужели она не заслужила счастья? Неужели она заслужила вот этот вот бездушный кусок мрамора с твердо сжатыми губами, доставшийся ей в наследство от ее сестры? Душу его Эмили забрала с собой, оставив Кэролайн красивую и холодную оболочку. Кэролайн посмотрела на лорда Эдвина. Она знала, что его можно расшевелить. Она заставит его страдать. Забыть Эмили хоть на минуту и по-настоящему ненавидеть ее, Кэрри. И Мэри она тоже заставит страдать. Миссис Мэри Лейсон, укравшую у нее то немногое счастье, которое она видела в жизни.

Кэрри поискала глазами Роджера Лейсона. Он разговаривал с каким-то джентльменом, и весь светился от радости. Это Рождество было для него счастливым. Как и для нее вчера. До его приезда.

Перед приемом лорд Эдвин сообщил Кэролайн, что наутро они покидают Лондон. Кэрри понимала, что иначе поступить он не может, но ужасно расстроилась. Оказаться в Остхилле наедине с ним ей совсем не хотелось. Она уже привыкла к заботе тетушек, которые вновь переключились на Мэри и не отходили от нее ни на шаг, тут же забыв о Кэролайн, она привыкла, что ей есть с кем поговорить, поделиться мыслями о прочитанном или просто спросить, как дела. Ей было нечего терять. Тетушки вряд ли пожелают приехать в Остхилл, если Мэри будет жить в Лондоне. Кэролайн не боялась их осуждения. Простят они ее или нет, одиночество в любом случае станет ее уделом.

Кэролайн вела светскую беседу с кем-то из приятельниц леди Фелисити, из-под ресниц следя за мистером Лейсоном. Вот он поклонился собеседнику, вот он отправился на веранду, где, видимо, думал найти Мэри. Кэролайн оглянулась, но Мэри не увидела. Она скользнула следом за мистером Лейсоном, и тоже оказалась на веранде, тут же прокляв все на свете, особенно свою забывчивость. Было безумно холодно, она тут же замерзла, но не отступила.

Веранда выходила в сад, освещенный фонариками, подвешенными на ветви деревьев. Из-за холода гости предпочитали не выходить из дома, поэтому на веранде никого, кроме Роджера, не было, как не было и в саду. Он обернулся, уставившись на Кэрри. Красивое лицо его выразило удивление. Кэролайн усмехнулась.