Книга Не та невеста, страница 107 – Валерия Аристова

Вдруг Кэрри сделала одно движение, и вот уже лорд Эдвин оказался окутанным шелком ее пеньюара, а она держала ткань двумя руками с двух его сторон. Он оказался почти прижат к ней, и попытался выбраться, поднырнув снизу, но Кэролайн опустила руки и не давала ему вырваться из плена. Кэрри смеялась, смотря, как он мужественно борется с пеньюаром, отпустила ткань и повисла у него на шее,ища губами его губы.

— Вы ведете себя, как дурак, лорд Эдвин Фицжеральд, — прошептала она.

Губы их встретились, и Кэролайн чуть не закричала, когда он схватил ее в объятья с такой силой, что ее ребра издали какой-то ноющий звук. Но лорд Эдвин не слышал ее крика, он рванул на себе рубашку, прижимая Кэролайн к своей обнаженной груди. Потом подхватил ее на руки и в три шага преодолел расстояние до кровати.

— Ты победила, — прошептал он, задыхаясь от страсти, — Кэролайн, Кэрри...

Он избавился от остатков одежды, и тут же вошел в нее, будто не мог больше ждать ни секунды. Когда же все закончилось, и он лежал, прижавшись к ней всем телом, зарываясь лицом в ее растрепанные волосы, Кэролайн казалось, что только сейчас она вышла замуж. Только сейчас она получила его. Получила всего, целиком.

Эдвин поднялся на локтях, рассматривая ее лицо в полумраке.

— Только не изменяй мне, — прошептал он, проводя рукой по ее лицу, — умоляю, Кэрри, я этого больше не вынесу...

Кэрри улыбнулась. Подняла руку и тоже провела пальцами по его щеке. Эдвин смотрел на нее с такой мольбой, что в груди ее стало легко. Да. Он теперь ее. Навсегда.

А потом они долго любили друг друга, наслаждаясь каждой лаской, каждым движением, каждым словом, что срывалось с их губ в порыве страсти.

— Я никогда не изменю тебе, — прошептала Кэролайн ему на ухо, когда рассвет забрезжил за окном, — Эдвин, я люблю тебя

…

Почему вдруг Остхилл стал казаться ей таким красивым? Кэролайн целыми днями рассматривала картины, скульптуры, любовалась лепниной на стенах. И совсем он не мрачный и не серый. Ну да, камень, конечно, серый, но того приятного оттенка, что радует глаз.

По утрам они с лордом Эдвином выезжали кататься на лошадях, катались по аллеям парка, ездили на реку, много разговаривали и смеялись. Ей все нравилось в нем. Неожиданный в нем дар рассказчика, его тонкий юмор, его желание слушать ее. Кэрри делилась с ним своими мыслями по любому поводу и не находила осуждения. После ланча лорд Эдвин поднимался к себе, и Кэрри оставалась одна. Но больше ей не было скучно. Он приходил к ней, как только освобождался, а Кэролайн до этого просто сидела в гостиной и ждала его, читая книгу или вышивая, и совсем не ощущая себя пленницей каменного Командора.

— Мы обязаны вернуться в Лондон, чтобы закончить сезон, — сказал он спустя неделю, — я и так пропустил несколько заседаний в Парламенте, и это, ты понимаешь, совсем неправильно. Если хочешь, можешь завершить свой портрет.

Он поцеловал ее руку, и Кэрри оценила высший уровень доверия, который был ей оказан. Лорд Эдвин хотел показать ей, что больше не станет ревновать, а она обязалась не давать ему повода.

— Хорошо, — сказала она, — только с условием, что я буду приглашать в комнату Сьюзан.

Сьюзан осталась одна при их отъезде, и мать срочно выехала в Лондон, чтобы приглядеть за дочерью. Что она скажет, когда вернутся лорд и леди Фицжеральд можно было достаточно легко угадать.