Книга Красавица, страница 174 – Валерия Аристова

Ролан не почувствовал опасности до самого конца. Он был занят своими мыслями, и даже красавица Ракель не могла развеять их своей болтовней. Она шутила. Он тоже шутил. Она смеялась. Он тоже смеялся. Потом они оказались в маленькой комнатке, где Ракель стала раздеваться, пританцовывая, а он просто смотрел, лежа на кровати, как из-под вороха одежды, как Афродита из пены, появляется прекрасная обнаженная женщна. Ракель легла к нему, смеясь избавила его от одежды, бросая ее на пол, и, накрыла его своим податливым телом. Он целовал ее, такую красивую и ласковую, боясь пускать даже на грань сознания мысль, загнанную глубоко внутрь. На месте Ракель могла бы быть Диана, если бы он не повел себя, как благородный осел и вместо того, чтобы изощряться в сарказме, просто притянул бы ее к себе. И черт с ним, с возлюбленным. Эту ночь она была бы его. А наутро он так и быть, не пришел бы на дуэль или дал бы знать Луи. Ракель была умела. Она ласкала его, как опытная женщина, руки ее спускались все ниже, когда Ролан перевернул ее, оказавшись сначала на ней, а через секунду в ней. Ракель изогнулась, издавая полный страсти стон, и на мгновение, до того, как он открыл глаза, ему почудился аромат благовоний Дианы. Ракель шептала слова, которые должны были бы быть ему приятны, губы ее были полны страсти. Он тожечто-то такое говорил ей, лаская ее тело, но на этот раз она не могла спасти его от самого себя.

В этот момент открылась дверь, и на пороге появились незнакомые люди. Ракель закричала, заворачиваясь в простыню, а Ролан так и замер, переводя взгляд с незнакомцев на свою возлюбленную. Внезапная догадка пронзила его мозг. Уж слишком легко отдалась ему донья Ракель, уж слишком хорошо знала она, куда поведет его, и никого из ее родственников не было рядом. Он был слишком занят своими мыслями, чтобы думать о чем-то еще, и так легко попал в ловушку.

Ролан соскочил с кровати, схватившись за шпагу, одновременно наматывая на себя простыню. Одетый как римский сенатор, он стоял со шпагой в одной руке и подушкой в другой, дорого готовый продать свою никчемную жизнь. Она не нужна никому, ни ему самому, ни Диане. Но умирая он захватит с собой в ад нескольких испанцев.

— Положи оружие, Сен-Клер, — сказал тот, кто вошел первым.

Это был человек лет тридцати, настолько похожий на Ракель, что не оставалось сомнений в их родстве.

Ролан крепче сжал эфес шпаги и отпрыгнул в угол, опрокинув перед собой столик.

— Выходите по одному или все вместе, — сказал он по-испански.

Трое протиснулись в комнату из-за спины старшего, и попытались атаковать Ролана, но просчитались. Один из них тут же схватился за руку, полилась кровь. Шпага Ролана тоже окрасилась кровью.

Ракель сидела в постели, черные волосы струились по плечам и белой простыне, которой она прикрылась, лицо ее было искажено страхом. Послышался звук взводимого курка, Ролан тут же отреагировал на него, быстро метнулся к Ракель и обхватил ее рукой за шею. Она закричала, пытаясь вырваться, но Ролан был гораздо сильнее нее.

Соперники его, которых уже насчитывалось человек десять, включая слуг, замерли.

— Чего вы хотите? — Ролан приставил острие шпаги к шее своей любовницы и смотрел на незнакомцев спокойно и бесстрашно. Терять ему было нечего, поэтому он не боялся. Они же боялись, явно боялись того, что он причинит вред Ракель.