Книга Красавица, страница 136 – Валерия Аристова

...

Был тихий теплый вечер, когда Ролан поклялся себе, что расскажет Диане правду. Он отвезет ее в Париж, а там уже будет умолять кардинала, королеву и короля позволить ему сделать предложение вдове герцога де Вермандуа. Возможно, кардинал сжалится над ним.

Диана шла рядом с ним. Ее рука лежала в его руке, и это стало привычным для них — он всегда старался держать ее за руку. Диана настолько привыкла к нему, что не чувствовала исходившей от него опасности, и это доверие делало ее в его глазах в сто крат прекраснее и желаннее. Это доверие он не мог обмануть.

В этот день она тоже дала ему руку. Дала сама, как только он приблизился к ней. Сердце его сжалось, когда он представил, как она вырвет руку, узнав правду. Как вспыхнут гневом ее прекрасные глаза, которые смотрят на него с такой нежностью. Она, конечно же, его ударит. А потом расплачется и убежит куда-нибудь в уголок парка, где будет рыдать, сидя на скамейке. Это будут слезы не по ее мужу, которого она боялась и ненавидела, а по ее доверию к нему, Ролану. От одной мысли ему хотелось выть на луну, но правда все равно всплывет наружу, как толькоона окажется в Париже, и пусть она узнает ее из его уст, чем от чужих людей. Он и так урвал огромный кусок счастья, хоть оно и было построено на лжи. Возможно, он не заслужил его, но теперь он мог считать себя счастливым человеком, тем, кому Диана де Вермандуа сама кладет руку в ладонь при встрече.

В последний раз он сжал ее руку. Крепко и одновременно нежно. Прощаясь с ней, с ее дружбой и ее ласковым взглядом.

— Мне нужно поговорить с вами, — он остановился и лицо его приняло холодное выражение, знакомое ей до их путешествия.

Диана решила, что он признается ей в любви, поэтому заметалась. Ей не хотелось портить те отношения, которые сложились между ними. Она одновременно мечтала о его любви и ей казалось, она видела ее в его глазах, но так же она боялась услышать признание, ведь принять его дар она не могла.

— Давайте оставим все так, как есть, — она склонила голову, — ведь все так хорошо.

Он на секунду закрыл глаза. Да, все слишком хорошо, но это только мираж. На самом деле все очень плохо, и пора проснуться и окунуться в реальность.

— Я врал вам.

Диана резко вскинула голову.

— Я не только врал вам, но потом боялся сказать правду.

— В чем вы мне врали? — удивилась она.

— Я убил вашего мужа. Вы — вдова. И вы не должны скрываться. Наоборот, вы как можно скорее должны ехать в Париж.

Когда-то давно на Кубе, будучи детьми, Диана и ее подружки и друзья в жару бегали по парку с кувшинами холодной воды и обливали тех, кто зазевается. Вот сейчас ей показалось, что она зазевалась, и он вылил на нее полный кувшин ледяной колодезной воды. Она стояла, хватая ртом воздух, как вытащенная на песок рыба, чувствуя, что жила в мираже, и этот мираж стал медленно развееваться.

— Я же просила..., — Диана медленно высвободила свою руку из его ладони, — я просила оставить его. Вы не имели права...

— Я защищал вас. Если бы герцог смог нас нагнать и отобрать вас у меня, никто бы уже не защитил вас.

— Я просила оставить его в покое! — Диана отступила, закусив губу, потом поднесла руки ко рту, — и вы все это время врали мне? Ради чего? Зачем я вам здесь? Вы даже соблазнить меня не пытались...

Ролан рассмеялся, потом схватил ее в объятья и стал неистово целовать, намеренно причиняя ей боль, удерживая ее голову, а другой рукой поймав ее руки. Диана сопротивлялась, но ей нехватало сил противостоять ему, а потом она вдруг расслабилась, понимая, что давно хотела оказаться в его объятьях и все эти дни только и ждала, когда же он попросит ее об этом. Она тоже целовала его, и он отпустил ее руки, нежно прижав ее к себе, лаская ее шею и плечи, гладя ее волосы и лицо. А потом он вдруг резко отстранил ее от себя, и на лице его была саркастическая улыбка, хотя в глазах его она явно читала боль и отчаяние. Не зная чему верить, лицу или глазам, Диана вспыхнула, отступила на шаг и смотрела на него, пытаясь понять, любит он ее или ненавидит, и зачем она ему была нужна столько времени, когда он даже не пытался ее поцеловать.