Книга Красавица, страница 117 – Валерия Аристова

Дверь его с грохотом распахнулась, и на пороге показались двое мушкетеров из личной охраны кардинала.

— Вы арестованы по подозрению в посягательстве на жизнь и честь члена королевского дома, — отчеканил лейтенант, потом Ролана грубо подняли и вышвырнули в коридор. Ролан предпочел идти самостоятельно, и пошел так, как был, в одной рубахе и штанах, в распущенном шейном платке и всклокоченными волосами. Неужели Диана все же рассказалапро Вороново гнездо? Ролан сжал губы, боясь сказать лишнего. Она отомстила так, как могла и, он понимал, что видимо заслужил это своим поведением в галерее. Он приготовился защищаться, но реальность оказалась намного хуже, чем он предполагал.

Его втолкнули в кабинет кардинала, где лица всех присутствующих тут же обернулись к нему.

Королева смотрела сочувственно. Кардинал сдвинул брови. Казалось, он не мог решить для себя, кто говорит правду, а кто лжет. Герцог де Вермандуа, одетый приблизительно так же, как он сам, готов был наброситься на него с кулаками. Диана стояла рядом с герцогом и единственная на него не смотрела. В золотистом пеньюаре, прекрасная, как небесный ангел, с распущенными золотыми волосами, она была воплощением мечты.

— Вы обвиняетесь в государственном преступлении, граф де Сен-Клер, — сказал кардинал, подходя к нему ближе.

Ролан тоже смотрел на него. И только краем глаза следил за Дианой.

— Диана де Вермандуа обвиняет вас в насильственном лишении ее девственности. Это серьезное обвинение, граф.

Ролан быстро перевел глаза на Диану. Она тоже посмотрела на него, и глаза их встретились. Ну же, говорили ее глаза. Оправдайся! Предатель, предай меня еще раз! Она отвернулась и щеки ее вспыхнули, но Ролан заметил, что она нервно теребит завязку на груди.

— Что вы скажете в свое оправдание? — спросила королева.

Ролан молчал. Ему было что сказать в свое оправдание. И, более того, он обещал Диане, что расскажет о ней все. Она больше не смотрела на него, опустив глаза в пол. Ролан закусил губу. Он прекрасно знал свою участь. От боли и страха в груди стоял ком, который мешал дышать. Она на самом деле ненавидит его. Она знала, на что его толкает. Выбор был за ним. Он внутренне заметался, ища выход, но за спиной стояли мушкетеры, а прямо перед ним ее разъяренный супруг.

— Вы признаете обвинение, Сен-Клер? Что вы скажете? — спросил герцог де Вермандуа.

Ролан сжал руку в кулак.

— Мне нечего сказать, — через минуту ответил он, подняв глаза на герцога, — дама не может врать.

Бастилия ждала его в рассветной дымке. Ролан, который так и не сумел одеться, сильно замерз, и стоял на ветру, ожидая, когда его примет комендант. Потом, после каких-то формальностей, его отправили в камеру, где он так и не мог согреться. Его бил озноб, зуб не попадал на зуб. Через какое-то время стражник принес ему одеял и горячего вина. Вино подействовало. Он согрелся, но вместе с теплом пришли слезы, и все утро он прорыдал, глубоко униженный обвинением Дианы.

Диана предала его, и, понимая, что не заслужил подобного отношения, он пытался искать в себе и своих поступках то, что вызвало у нее настолько сильную ненависть. Возможно, он был неправ с похищением, но он пытался защитить ее. Неужели за это он достоин позорной смерти от ее руки? Придет ли она, когда его будут казнить? Когда переломят над головой шпагу и просто напросто повесят, как простолюдина? Он не боялся смерти, скорее, он ее желал, но не желал от руки Дианы.