Книга Клер, страница 13 – Валерия Аристова

— За что же вы меня так … ненавидите? – спросил он, — я же молюсь вам, как иконе… как Богородице поклоняюсь!

Он резко шагнул к ней, взял за плечи.

— Никогда, Клара, слышите, никогда! Не делайте больше этого! Не издевайтесь над искренним чувством!

Тут, заподозрив недоброе, Клер попыталась схватить его за руку, но словно пружина отбросила Пашеньку назад к двери. Он выхватил пистолет, и девушка замерла не месте.

— Вы хотите убить меня?!! – она попятилась, но Пашенька только улыбнулся.

— Не бойся. Не тебя.

Он поднес пистолет к виску, и спустил курок.

Грянул выстрел, и вместе с ним Клер услышала свой крик. Пашенька уже лежал на полу, руки его были раскинуты, а что-то жидкое, смешанное с густой алой кровью растеклось брызгами по зеркалу в углу комнаты. Клер все кричала. Прибежал Игнатич, слуги столпились около тела, а Клер все кричала. Не умолкая, не переставая, не слушая и не слыша никого, Клер кричала. А когда сорвала голос, то хрипела. Она отбивалась от тех, кто пытался увести ее в другую комнату, и кричала. Она кричала, когда прибежала мать, когда прибежала разбуженная Ольга, когда ворвался в комнату Иван Яковлевич. Мать тоже закричала,но не так громко, и для эффектности упала в обморок, но никто не обратил на нее особого внимания.

Даже теперь, сидя на скамье у фонтана и ожидая Ланина, она прекрасно помнила этот свой крик. И холод, сковавший сердце, от которого она до сих пор не могла избавиться. Потом она долго болела, и почти год провела в своей деревне. Врачи прописали ей отдых, но мать постоянно устраивала приемы даже в их глуши, пытаясь заставить дочь как можно скорее прийти в себя. Дом полнился от соседей, а Клер боялась поднять глаза на любого человека мужского пола. Мать ее сердилась, считая, что она должна бы гордиться тем, что из-за нее произошло самоубийство, да еще так романтично. Но Клер не разделяла подобного мнения, тем более не видела здесь ничего романтичного. Даже окончательно оправившись, она постоянно боялась кого-нибудь обидеть, и достаточно быстро обрела ту женскую мудрость, которой редко обладают даже самые опытные дамы.

Где же Ланин? Она обернулась, готовая уже подать знак Валюше, но тут заметила его недалеко у себя за спиной. Заметила, и, вместо того, чтобы гордо отвернуться и сделать вид, что они незнакомы, улыбнулась и поманила его рукой. Ланин явно не знал, что ему следует дальше делать. Он стоял на дорожке среди опадающих листьев и смотрел на Клер. Но, увидев ее знак, приободрился, шагнул вперед.

Клер совершенно отчетливо вдруг поняла, что сделала что-то не так. Она еще не знала, что именно, но острое чувство опасности защемило ей сердце.

«Надеюсь, он не собирается стреляться прямо здесь и сейчас», — промелькнула у нее мысль.

— Как хорошо, что мы так вот случайно встретились! — проговорила она, вставая ему на встречу и протягивая руку.

Она видела, как вспыхнули его щеки. Слишком уж радостно. Поэтому Клер решила, что просто необходимо добавить в бочку меда кувшин дегтя. Такой большой кувшинчик.

— Вы и представить не можете, как я счастлив видеть вас! – Ланин сжал ее руку, — я так редко вижу вас, а наедине, так вообще впервые!

— Я хочу попросить прощения за то, что так невежливо обошлась с вами вчера, — она немного смущенно взглянула на него.