Книга Дочь тьмы, страница 6 – Валерия Аристова

Дикая охота, вспомнил он. Кто-то говорил ему днем о Дикой охоте. Может быть, жители этих мест так называют бурю и землетрясение? Но про бурю никто ничего не говорил. Говорили именно про охоту. Что бы это ни значило, ему не хотелось стать дичью или остаться навсегда под осколком скалы.

Мысли текли рекой, а ужас все еще сжимал сердце стальным жгутом. Дорога шла по ущелью, и Габриель молился, чтобы ущелье поскорее закончилось. Камни и обломки скал на дороге говорили о том, что тут недавно произошло. Каждому его спутнику хватит по одному такому камню. Кромешную тьму разрезала лучами алая луна, и только в ее свете было что-то видно впереди. Все вокруг казалось тоже алым. Ветер притих, и воздух стал недвижем и холоден. Вдыхая его, казалось, ты замерзаешь изнутри, но Габриель прижимался к гриве коня, греясь о его разгоряченное тело. Каждый звук отражался от каменных стен, каждый звук грозился вызывать камнепад и страшню смерть.

Конь перешел на шаг, а потом и вовсе отсановился. Ущелье закончилось, справа теперь была пропасть, глубину которой можно было оценить по бестевшей в лунных лучах реке далеко внизу. Слева возвышалась отвесная скала, которая, казалось, нависала над ними. Кони сбились в кучу, и замерли, поводя ушами. Габриель стукнул коня ногой, но тот не сдвинулся с места.

— Похоже, лучше повернуть назад, — сказал самый старший из его спутников.

Голос его звонко ранесся по горам, отражаясь от темныхскал.

— Мы проехали большую часть спуска в долину, — ответил Андрэ почти шепотом, — хотя обычно спуск занимает весь день.

Все посмотрели на Габриеля, который слушал отдалленный волчий вой. В душе его росла тревога. Конь перебирал ногами, танцуя на месте, и Габриель не понимал, как поступить лучше. Ужас мешал думать, а сердце билось, казалось, в горле.

— Все же лучше идти вниз, — наконец сказал он, — до утра мы спустимся в долину.

— Если нас не накроет еще одной бурей, — сказал пожилой спутник, — а деться тут некуда.

— Но и в ущелье оставаться небезопасно, — парировал Габриель, захваченный мыслью, что скоро они окажутся на плоской и устойчивой земле.

Скалы под ногами дрогнули, будто предупреждая о чем-то. Кони зафыркали, и Габриель увидел, как весь его отряд одним движением рванул с места в карьер. Его же конь замер, как вкопанный. Габриель попытался заставить его идти, но конь попятился, будто знал что-то, чего не знали другие кони. Тут земля дрогнула еще раз, и Габриель видел, как скала медленно стала оседать на дорогу. Туда, где в этот момент гнали обезумевшие лошади, неся на верную смерть своих всадников. Раздался гул, земля снова подалась, раскалываясь надвое, конь Габриеля попятился, потом встал на дыбы и Габриель не удержался на его скользкой от пены спине. Он упал, больно ударившись о камень, и уже не веря в спасение, наблюдал, как конь несется следом за остальными. Скала вдруг с оглушающим рыком рухнула вниз, землю еще раз тряхнуло. Габриель закрыл руками голову, вдыхая пыль и заходясь в приступе кашля. Камни барабанили его по спине, плечам, он кричал, призывая Господа, и пытался отползти куда-то, хотя знал, что рядом пропасть. Паника окончательно овладела им, не давая мыслить здраво. Буря ухнула, сгибая деревья и кидая ему в лицо каменную крошку. И, теряя сознание, он в этой пыли, в гуле беснующейся природы, снова услышал вой волков.