Книга РОС: Забытый род, страница 72 – Гарри Фокс

Виолетта развернулась ко мне. Ее лицо сияло. Улыбка была ослепительной, теплой, полной обожания и… победы. Она снова опустилась на колени передо мной, но теперь это был жест не помощи, а поклонения. Ее глаза горели тем самым фанатичным огнем, который я видел мгновение назад.

— Мой… наш Владыка… — ее голос дрожал от экстаза, она схватила мою руку с перстнем, прижала ее к своей груди. Я чувствовал, как бешено колотится ее сердце под тонкой тканью платья. — Ваша энергия… она теперь часть нас. Навсегда. Часть меня. — Она прижалась щекой к моей ладони. — Осталось лишь дождаться, когда Ваша плоть… Ваша сущность… полностью преобразится. Но мы… — ее взгляд стал томным, соблазняющим, — …мы не можем больше ждать. Мы поможем. Ускорим этот процесс. Для Вашего же блага, мой Владыка.

И прежде чем я успел понять, что она задумала, она поднесла мою руку к своему лицу. Ее влажный, теплый рот обхватил палец с Перстнем. Не просто коснулся. Она взяла его в рот.

Я вскрикнул от неожиданности и дикого неловкого стыда. Ее язык обвил мой палец, горячий и умелый, ее губы плотно сжались. Она смотрела мне прямо в глаза, ее изумрудные зрачки расширены, полные какого-то хищного блаженства. Звук был… неприлично влажным. Слюна. Холод металла кольца. Тепло ее рта.

— Ммм… — простонала она глухо, не выпуская палец, и это было не игрой. В этом стоне была чистейшая, первобытная чувственность. —Вы… Вы даже на вкус стали лучше, мой Владыка. Слаще. Сильнее. Настоящий Альфа.

Альфа…— мелькнуло в голове, пока я пытался вырвать палец из ее плена, но ее хватка была сильной. — Альфа самец. Вожак стаи. Которого после спаривания…

И тут мысль ударила, леденящая и откровенно паническая: А они случайно не откусывают головы, как богомолы? Или не высасывают соки, как пауки?! Охренеть! Ну неееет! Я тогда лучше умру девственником! Срочно! В монахи! В самый дальний скит Изнанки! К черту Графство, замки и этих змеиных красоток! Пусть хоть все пять сестер сразу!

Но Виолетта, казалось, читала только восторг в моем окаменевшем лице. Она наконец отпустила мой палец, оставив его мокрым и странно холодным без тепла ее рта. Она встала, сияющая, властная, и протянула мне руку, чтобы помочь подняться. Ее взгляд говорил: "Ты мой. И наша игра только начинается". А в глубине ее изумрудных глаз, таких искренних и фанатичных, все еще прятался вопрос: сколько продлится этот спектакль, и кто на самом деле держит нити кукол — она, Тотемный Аспид, или я сам, с этим проклятым кольцом на пальце и страхом богомола в душе?

Виолетта властно сжала мою руку и потащила обратно к замку, прочь с ликующе-давящей площади. Толпа поднялась с колен, провожая нас взглядами, в которых смешались восхищение, страх и голодное любопытство. Шепот, как шелест ядовитых листьев, катился за нами.

— И что будет дальше? — спросил я, стараясь звучать спокойнее, чем чувствовал. Внутри все еще клокотало от откровений Аспида и влажного перста.

— С тобой хочет познакомиться Старшая из нас, — ответила Виолетта, не замедляя шага. Ее пальцы впивались в мою кожу. — Амалия. Она не такая. Она… хорошая. Умная. Красивая и… — Виолетта резко повернула голову, сощурив изумрудные глазки. — Что молчишь? Уже слюнки потекли?

— Я вообще-то слушаю тебя, что ты говоришь, — парировал я, сдерживая раздражение. — Не перебивать же светлейшую графиню?