Книга Князь: Попал по самые помидоры, страница 163 – Гарри Фокс

— Да! Да! Вот так! Мой князь! Мой дракон! — она кричала, и её крики эхом разносились под сводами бани, наверняка пугая до полусмерти мэраи всю его честную компанию.

Я трахал её, забыв обо всём: о войне, о предательстве, о дурацкой магии. Была только её влажная, принимающая меня плоть, её стоны и её тело, отдающееся мне полностью.

Мои движения стали глубже, резче, подчиняясь первобытному ритму. Я чувствовал, как внутри Лиры всё сжимается, её ногти впиваются мне в спину, а её хвост судорожно бьётся по деревянному настилу. Её стоны перешли в сдавленные, хриплые вопли, и она сама начала резко двигать бёдрами навстречу моим толчкам.

— Кончаю! — выдохнул я, и это прозвучало как приказ.

Всё моё тело затряслось в последнем, мощном спазме. Я излился глубоко в неё, чувствуя, как её влагалище судорожно сжимается, выжимая из меня последние капли. Я замер на несколько секунд, ощущая пульсацию внутри неё и её собственные конвульсии.

Затем, с тихим вздохом, я вытащил свой член. Он был покрыт смесью её девственной крови, её соков и моей спермы. Я смыл с него основную грязь в тёплой воде купели, окунув его на мгновение.

Лира лежала, тяжело дыша, её глаза были мутными от наслаждения. Я опустился перед ней на колени и поднёс свой уже полумягкий, но всё ещё влажный член к её губам.

— Очисти своего князя, — тихо сказал я.

Она без колебаний приняла его в рот. Её губы сомкнулись вокруг меня, тёплые и умелые. Она нежно сосала, её язык скользил по чувствительной головке, а её рука обхватила основание, начав медленно дрочить. Я застонал, запрокинув голову. Мои пальцы сами потянулись к её киске, которая была растёрта, влажна и пульсировала. Я начал ласкать её, растирая её сок и мою сперму, которые текли из неё, кружа вокруг её вздувшегося, твёрдого клитора.

Лира застонала уже с моим членом во рту, её бёдра задрожали. Волна оргазма прокатилась по ней, заставив её тело выгнуться. Но она не остановилась. Она продолжала сосать, её глаза смотрели на меня снизу вверх, полные обожания и какой-то тёмной, хищной радости.

Наконец, она медленно вытащила мой член изо рта. Он блестел от её слюны.

— У меня для тебя подарок, мой князь, — прошептала она, и в её голосе звенела сталь. — ВНЕСИТЕ МОЙ ДАР КНЯЗЮ!

Дверь в баню со скрипом открылась. На пороге, бледная как полотно, с каменным лицом, стояла Ирис. А рядом с ней, с связанными руками, с кляпом во рту и безумным страхом в глазах, стояла Элиана.

Я отшатнулся, смотря то на Лиру, то на пленницу.

— Лира? Что это? — я не понимал.

Лира томно потянулась, совершенно не смущённая своим видом и присутствием других.

— Я хочу, чтобы ты лишил её девственности. Прямо сейчас. Как последнюю шлюху, а не как будущую жену. И чтобы ты наказал её анально. Чтобы она запомнила, кто её хозяин, прежде чем ты позволишь ей разделить с нами ложе.

И, как ни в чём не бывало, она снова наклонилась и взяла мой член в рот, с наслаждением продолжая его облизывать и посасывать, словно наблюдая за представлением, которое сама же и организовала.

Пипец, как всегда, превзошёл сам себя. Теперь он пах сексом, кровью и чистейшим, незамутнённым садизмом. И судя по горящему взгляду Лиры, для неё это было высшим проявлением любви.

Ирис, с лицом, выражающим ледяное презрение и смутную тоску, грубо толкнула Элиану, заставив ту на коленях плюхнуться на мокрые доски передо мной. Пленница ахнула от боли и унижения, её плечи тряслись. А затем Ирис опустилась рядом, её губы прижались к уху Лиры, и она прошептала так тихо, что это было едва слышно над шипением пара: