Книга Коктейль времен, страница 48 – Анастасия Козеева

— Вообще-то нет, — я расстроено улыбнулась. — Ну что? Дашь?

— Да, пошли вместе покурим. Ты кого-то ждешь? Ксюшу?

— Да. Я ей напишу сообщение, что буду за школой.

Накинув куртки, мы пошли в «курилку». Курилкой для старшеклассников служил двухэтажный дом. Когда мы пришли, меня накрыла волна воспоминаний.

Я начала курить в девятом классе. Первой сигаретой со мной как раз поделился Артем. Но когда мы с ним расстались, я и бросила курить. А теперь, оказавшись здесь снова, я окунулась в ту самую ностальгию. Сколько раз мыс Ксю убегали сюда на переменах. Лучшие и душевные разговоры были только за сигаретой.

Мы с Артемом были первыми. Он потянулся в карман и достал оттуда знакомую пачку сигарет.

— Ого, ты до сих пор их куришь?

— Я себе не изменяю, — ответил он с ухмылкой и протянул мне сигарету.

— Не люблю «мужские» сигареты, — я поджала губы и покачала головой. — Они слишком тяжелые для меня. Вот если бы с кнопочкой…

— Кисс с ментолом, — закончил он за меня, и я рассмеялась.

— Да, — блаженно пролепетала я. — Эх, молодость!

— Простите, довольствуйся тем, что есть. Я тебе не магазин.

— Да ладно тебе, — я отмахнулась.

Он поднес зажигалку к сигарете, наклонив голову чуть ближе, чтобы прикрыть пламя от ветра. Я затянулась, и уже через мгновение ощутила горечь, которая тут же перешла в кашель.

— Когда курила в последний раз? — Артем оценивающе посмотрел на меня.

Он выпустил дым изо рта, а затем затянулся снова, на этот раз через нос.

— Красиво вышло, — я улыбнулась. Кашель прошел, и я сделала еще одну затяжку. На этот раз уже удачно.

— Кстати, куратор сказал, что Платона не выкинут из школы, а Виталю тем более.

— Серьезно?! Это бред!

— Да это не худшее…

Я скользнула взглядом по его лицу, заметив яркие голубые глаза, аккуратный нос и чуть приоткрытые губы, в которых проскальзывала едва заметная улыбка, обнажая белоснежные зубы.

— Эй, — окликнул меня Артем, я резко спохватилась.

— Почему ты постоянно меняешь цветные линзы? Какой у тебя настоящий цвет глаз? — задумчиво произнесла я, вновь делая затяжку и выпуская дым в прохладный воздух.

— Мне все быстро надоедает, — медленно начал он, попутно затягиваясь. — Поэтому я и меняю. Ты заметила, что даже чехлы для телефона у меня всегда разные? — Он приподнял руку, демонстрируя фиолетовый чехол с котиком. Я замотала головой, и он улыбнулся шире. — Мне все быстро наскучивает, так что я хоть как-то пытаюсь вносить разнообразие в свою жизнь. Иногда такие мелочи… Ладно, я вижу, что тебе смешно. Но это… помогает мне избежать рутины.

Вот зачем он постоянно меняет девушек, промелькнула у меня в голове страшная мысль, и я невольно потупила взгляд, стараясь скрыть улыбку.

— Ну это какие-то скучные изменения, — произнесла я, оглядываясь в поисках Ксюши, Артем резко выпрямился.

— Мой настоящийцвет глаз — серый. Вот это по-настоящему скучно, — пожаловался парень.

— А почему ты, например, не покрасишь волосы?

— А ты? — с вызовом спросил Артем. — У нас же с тобой красивый цвет волос. У меня вечно спрашивают, какой краской я покрасил волосы. Ведь брови то у меня черные. И веснушек нет. Как и у тебя.

Я засмеялась. Точно. В садике у меня тоже часто спрашивали про цвет волос. Я помню удивленные взгляды воспитателей, когда они разглядывали мои огненно-рыжие кудри и густые черные брови. Воспитатели постоянно ругались с родителями и говорили о том, что краска вредна для детской кожи головы. Никто не мог поверить, что у родителей русые волосы, а мои кудри такого интересного оттенка. Все просто. Прадедушка был рыжим.