Книга Хозяйка орочьей крепости, страница 66 – Екатерина Леснова

— Измененные не совсем живые. Точнее они не мёртвые и не живые. Это как субстанция. — после молчания сказал он.

— Да? А я думала, что они похожи на живые растения, — поделилась своими соображениями.

— Нет, — качнул головой орк, серьга тоже качнулась, поймав лучик. — Они состоят из какой-то непонятной материи. Никто не знает, что это. Но есть один факт, их не так много выходит из Мари, — Юнар поднял вверх указательный палец, напомнив мне препода из универа, только крупного, клыкастого и зелененького. — Сегодня, наверное, самый крупный прорыв, который я когда-либо видел. А я с Марью очень давно сражаюсь.

А я вдруг подумала, что даже не знаю, сколько ему лет. И сколько здесь живут люди и орки.

— Можно мне поехать с тобой к границе?

Спросила, но уже знала, что Юнар откажет. Опять начнет говорить, что для меня это опасно. А как еще проверить действие моего дара? С измененными я не чувствовала никакой магии. Хотя может надо было прислушаться? Или попробовать воздействовать? Интересно, а у стены остались тела изменённых? Может сходить попробовать?

Я так задумалась, что вздрогнула, когда Юнар все-таки ответил:

— Да, — он чуть прищурился.

— Правда? — неподдельно удивилась.

Орк кивнул и оттолкнулся от подоконника.

— Я много думал, после того разговора, когда ты сказала, что дар сработал с Марью. И, знаешь, — Юнар тянул паузу не хуже профессионального актера, — я мог ошибаться с выводами тогда. Магия — это энергия. Энергия пластична и изменчива. Если орки умеют заклинать вещи, землю, дерево, то почему не может появиться человек, способный справиться с Марью? Наши боги учат, что во всем должно быть равновесие. Может твой дар — это шаг к равновесию?

— Спасибо. Мне важно, что ты поверил мне, — честно сказала, что думала.

— Так что завтра будь готова на рассвете.

Юнар ушел, а я еще некоторое время размышляла о его словах. Но потом позорно скатилась в воспоминания о поцелуе. Мысли то и дело возвращались в этот момент, а щеки горели сами по себе.В конце концов, изведя этим себя, я выскочила из комнаты, и помчалась помогать хоть кому-то, чтобы перестать думать об орке.

Мы снова ехали по той же лесной дороге, но потом свернули направо по какой-то одному Юнару ведомой причине.

— Как ты определил, где был прорыв?

Юнар ехал между деревьями, выбирая просветы пошире, чтобы проехать на своем большом жеребце. Я уже заметила, что у орков какая-то другая порода лошадей, они более крупные.

— Чувствую.

Сегодня Юнар был немногословен. Впрочем, я тоже. Переспав ночь с мыслями о наших взаимоотношениях, я решила оставить все, как есть. Позиция трусливая, но сейчас мне бы хотелось, чтобы он сам решил, хочет он чего-то большего или нет.

— Я ничего не чувствую. Даже Марь. — поделилась я.

— Люди вообще ее плохо чувствуют.

Между деревьями появился просвет пошире, и мы выехали на небольшую поляну, где с одной стороны клубились седые лохмы Мари.

Мне было интересно, как именно происходит прорыв. Магия Юнара в моем воображении представляла собой прозрачную стену, которая запирает туман. Но как в таком случае выходят изменённые? Они ведь должны разрушить условную стену. Значит, граница все же не стена, а как энергетический барьер.

Юнар присел на корточки и потрогал палые листья.

— Они прошли здесь.

— Ты будешь снова заклинать границу?