Книга Царская гавань, или Складские истории, страница 89 – Екатерина Леснова

– Итак, юная леди, что вас привело ко мне?

Мужчина присел и предварительно помог расположиться мне.

Я вытащила конвертыс письмами отца и копию завещания и положила на стол.

– Я уже бывала у нескольких стряпчих, – начала я свой рассказ, – никто из них не смог помочь мне оспорить завещание. Но к вам я пришла совсем по другому вопросу.

Стряпчий в этом мире был чем-то средним между адвокатом, нотариусом юристом. Проще говоря, знаток законов, мастер судебного производства. А еще они славились тем, что хранили любые секреты, вплоть до криминала, и полиция ничего не могла с этим сделать, их ограждал закон.

Ник Сарович ознакомился с завещанием, я рассказала как могла подробно о том, что произошло после оглашения, о части своего наследства. Он в свою очередь мне подробно объяснил, почему оспорить завещание в моем случае очень трудно, ведь те беседы со стряпчими вела сама Анна.

Почему-то воспоминаний о них почти нет, как и вообще о том дне и днях перед ним, поэтому мне было интересно. Очень странно, что именно эту часть жизни Анна почти не помнит, то есть буквально несколько последних дней.

Законная жена здесь наследует в первую очередь, минуя сыновей и дочерей. Если есть завещание, оформленное по всем правилам и зарегистрированное в царской канцелярии, то и вовсе тяжба будет безнадежной. Кроме того, у Клариссы остались все капиталы отца, так что она наймет лучших, и никакое мастерство Ника Саровича мне не поможет.

Кроме беседы о завещании, которая меня очень расстроила, я почему-то надеялась, что удастся хоть что-то отбить, мы составили договор для пекарши и договорились о времени. Ник Сарович был так любезен, что взял на себя обязанность оповестить тетушку Арину.

Последний вопрос, с которым я пришла к стряпчему, – письма отца. Ник Сарович ознакомился с ними, выслушал мою теорию, пришлось также поведать и моем здесь появлении, не буквально, конечно, а лишь то, что, судя по всему, меня пытались отравить.

– Вам очень повезло, – сказал он, – настойка кивари – верное средство для того, кто хочет отправить своего врага прямиком к Спасительнице.

– Да, ощущения не из приятных.

– Выживают единицы. Удивительно, что вы справились. – Мужчина окинул меня взглядом, словно проверяя, что ничего я не потеряла после покушения.

– Что вы думаете о письмах?

– Я не следователь. – Он сложил письма аккуратной стопкой. – Но здесь можно зацепиться. Вам бы найти того, кто согласилсябы расследовать это, заручиться поддержкой царевых людей, так сказать. Возможно, тогда жена барона Лисерского и сама бы себя выдала.

– Боюсь, что одних писем будет мало для полиции. Что здесь… – Я постучала по конверту. – …просто слова отца, их к делу не пришьешь.

– Интересно вы выражаетесь, – улыбнулся адвокат, – но весьма точно. К делу их никак не привяжешь. Поэтому и говорю, что вам надо найти того, кто согласится просто так покопать в этом направлении, вдруг там не так тщательно все скрыто. Вы ведь в последние годы дома бывали редко?

Я кивнула, а мужчина потер переносицу и продолжил:

– Может, поискать слуг, которые работали в то время, поваров? Поговорите с друзьями барона, кого-то ведь вы знаете. А когда найдете хоть кого-то, кто подтвердит странности в поведении вашего отца, я помогу вам составить прошение о возбуждении уголовного дела.