Книга Царская гавань, или Складские истории, страница 42 – Екатерина Леснова

– Эй! Кто там?!

В ответ не прозвучало ни звука, но зато показалась тонкая рука, которая старалась уцепиться за стену, чтобы подняться. Да что там происходит?

Никакого страха в этот момент во мне не было, хотя это более чем странная ситуация. Я решительно отошла от экипажа и вгляделась в проход.

– Эй, вам помочь?

От звуков моего голоса ничего не изменилось. Копошение продолжалось, рука слепо шарила по стене. Там явно кто-то был, и он пытался подняться, но пока безуспешно.

– Подождите, я сейчас.

– Что там? – Няня выглянула из пролетки и обеспокоенно обвела взглядом пустеющую пристань.

– Я не знаю, там кто-то есть.

– Оставьте, барышня, поедем! Наверняка пьянь какая-то!

Женщина собралась забраться обратно, но, видя, что я уже шагнула в простенок, с тяжким вздохом спустилась с высокой подножки.

В проходе было грязно, пахло соответственно, как в любом грязном переулке. Человек, а это точно был он, лежал шагах в семи от входа. Одно из двух: либо он сам сюда забрел, спасаясь или прячась, либо его сюда зашвырнули, чтобы спрятать от ненужных глаз.

– Эй, что с вами? Вы в порядке?

Идиотский вопрос, был бы он в порядке – валялся бы тут?

Я подошла еще на пару шагов, когда наконец разглядела кучу тряпок. Это был вовсе не пьяница, это подросток! Тощий, худой, в мешковатой одежде и грязный донельзя. Весь перепачканный в крови и чем-то вонючем: то ли рыбными потрохами, то ли еще чем-то. Его явно избили и сильно, лицо просто месиво, губы лопнули в нескольких местах, глаза заплыли и не открывались, поэтому он и шарил слепо руками по стене, пытаясь подняться.

Когда я попыталась помочь подняться, взявшись за тонкую руку, мальчишка шарахнулся с такой силой, что ударился плечом и головой о стену.

– Тише, тише, я хочу помочь, – ласково и спокойно заговорила я.

Божечки, кто ж его так отделал? Места живого нет. Мальчишка то ли понял, то ли все-таки услышал меня, хотя по его реакции непонятно, слышит он меня или нет, но дал все-таки ухватиться за тонкое запястье. Я потянула его на себя, помогая подняться. Он кое-как поставил ноги вместе в грязных рваных и широких штанах, постарался опереться, но раздался стон, и юнец снова чуть не рухнул на спину, я удержала.

– Погоди. – Я половчее ухватилась за его руки и потянулана себя. – Потерпи, знаю, что больно, но нам надо подняться, чтобы я смогла тебя посадить в экипаж, и мы доедем до лекаря, он осмотрит тебя. Кто ж тебя так приласкал? Да и за что?

Я заговаривала зубы, а сама все-таки смогла поставить тощее тело на ноги. Мальчишка оказался лохматым, чуть ниже меня ростом и невероятно худым, таким, что даже не самая сильная Анна смогла его поднять, а я б в своем прошлом теле еще и на плечо взвалила. В чем только душа держится?

– Потерпи, – просила я.

А парнишка шипел и постанывал сквозь распухшие плюхи губ.

– Осталось чуть-чуть.

Вести его было неудобно, пришлось идти задом на перед, держа его крепко за предплечья, мальчик то и дело норовил упасть, ноги подгибались и еле держали, но мы справились, вышли из узкого пространства.

– Это еще кто?

Несмотря на возглас, Гаяна тут же поддержала тщедушного парня с другой стороны, и мы вместе почти потащили его в пролетку, в которой места троим не хватило бы, если б парень не был так худ.

– Не знаю, но надо помочь ему, посмотри, как его избили. Может, к лекарю?