Книга Царская гавань, или Складские истории, страница 3 – Екатерина Леснова

– В любом случае вот эти зелья принимать три раза в день еще неделю Сегодня ничего не есть и пить только воду. Гаяна, последите за своей госпожой, ей действительно ничего нельзя.

Парень серьезно посмотрел на высокую и крупную женщину.

– В ее состоянии любое отклонение от моих рекомендаций может быть опасно.

– Мастер Ивадин, сколько мы вам должны? – внезапно робко спросила эта сильная женщина, которая без труда дотащила меня сюда.

Я вообще ничего не понимала. Может, я сплю? Я вообще где? Или я так сильно ударилась, что вижу сны в коме? Читала где-то, что такое возможно.

– Ничего.

Молодой человек подхватил чемоданчик.

– Пока ничего, Гаяна, пусть ваша хозяйка поправляется. Я завтра загляну.

– Но, мастер. – Женщина снова попыталась что-то спросить.

Однако молодой человек резко взмахнул рукой в отрицательном жесте и вышел за дверь.

– Спасибо тебе, Богиня Спасительница. – Женщина сделала жест ладонями возле лица, как бы перекрещивая их, и опустила руки. – Вот хороший же парень, да и лекарь хоть куда, а все никак не может пробиться, – сварливо, явно сама с собой заговорила Гаяна. – Да разве пробьешься, когда отказал такой персоне? Так теперь и будет бедняков лечить. Жалко парня. Ну да, Спасительница все видит, может и не оставит. А вы отдыхайте! – спохватилась она, строго посмотрев на меня. – Я сейчас приду, только провожу мастера.

Гаяна ушла, а я осталась лежать бревно бревном. Попыталась пошевелить хотя бы пальцем и похолодела: ничего не двигалось.

«Кажется, меня парализовало!» – панически заметалось в моей голове, но потом я еле почувствовала, как на миллиметр двинулась ладонь по постели. Уф, пронесло! Я так обрадовалась, что могу пусть еле-еле двигаться, но все же!

Успокоившись тем, что не парализована, я попыталась понять, что, черт возьми, со мной произошло? Сосредоточилась и попробовала сообразить, что помню последним. Про музыку, что играла в машине, помню, про руль и свои руки на нем тоже.

Что-то там было с тенью справа. Я попыталась вспомнить, чем меня так зацепила эта тень. Ис ужасом поняла, что это была вовсе не тень. В моей голове четко всплыла картинка, как я поворачиваю голову к стеклу на правой передней двери и вижу, как мне наперерез несется здоровенный КамАЗ, пересекая сразу две полосы, как машины на этих полосах еле успевают затормозить или вырулить, и что я точно не успеваю.

Я в последний момент жму сразу двумя ногами на тормоз, но явно не успеваю! Слышу, как корежится металл и как в замедленной съемке летит крошево стекла, а потом темнота и голос Гаяны, которая начинает меня тормошить.

Так… Так… Это что же получается? Я как-то перенеслась сюда? Что я не в больнице – уже догадалась, нет тут ни капельниц, ни других кроватей, да и врач не в белом халате, а в черном сюртуке и белой рубашке с саквояжем, словно сошел со страниц классической литературы.

Это явно спальня. Комната, небогато обставленная, но чистая и какая-то старинная. Такие комнаты были в усадьбах-музеях, когда мы еще школьниками ездили на экскурсии. Стены обтянуты тканью, а не обоями. Мебель вычурная и без современных деталей. Окна закрыты тяжелыми портьерами.

Господи, я что, попала в другой мир и другое тело, как в фильмах или книгах?! Я себя ощущала по-другому, еще оставалась надежда, что это из-за травмы, но, сдается, все далеко не так. Это я что же, умерла?! Да быть того не может!