Книга Уникальная помощница для следователя-орка, страница 49 – Дита Терми

Ох, как же я вчера была расстроена, когда он стал таким после бури страсти в архиве. Жаль, что он сразу не объяснил мне, что к чему. Я бы тогда так не переживала… Но хорошо, что мы смогли объясниться и расставить всё по местам в наших отношениях.

Несколько часов мы проводим в общем зале. Бронк освобождает мне место за своим столом. Опять диктует мне какие-то отчёты и улики, которые я тщательно вписываю в разные папки. Потом мы с ним рисуем схему. Точнее Бронк её рисует на большой меловой доске, а я как завороженная наблюдаю за ним.

В очередной раз убеждаюсь, что он гений. Казалось бы, не связанные друг с другом вещи вдруг стыкуются под его рассуждениями. Я только и успеваю наблюдать, как он проводит линии, что-то бормочет себе под нос.

Весь такой сосредоточенный, такой… соблазнительный.

Ловлю себя на том, что думаю уже совсем не о том, о чём следовало. С трудом выкидываю из головы воспоминания о нашей ночи. И где-то глубоко внутри застываю в ожидании. Хочу повторения. Только в этот раз так, как было в архиве. Чтобы он снова был во мне…

Внезапно Бронк резко поворачивается ко мне. И я подпрыгиваю на месте, будто меня застукали на месте преступления.

Ну вот! Ну о чём я думала? Если Бронк менясейчас спросит что-то, я даже не найдусь, что ему ответить. Потому что вся была занята воспоминаниями и планами на будущее. С ним. В его объятиях…

– Тинкер, со мной. В архив.

Слово «архив» заставляет кровь мгновенно прилить к моим щекам. Я отвожу взгляд, сгорая от стыда и странного волнения. В голове снова вспыхивает вчерашнее безумие среди стеллажей с пыльными делами. Он замечает моё смущение, и в его глазах вспыхивает знакомая хитрая искорка, но он тут же гасит её.

Мы выходим из зала, и я чувствую, как потеют ладони и как сердце томительно сжимается в груди. Ой-ой, архив. Я… жду. С каким-то нетерпением жду, когда мы снова окажемся там. Вдвоём…

– Не волнуйся, – тихо говорит он, пока мы идём по коридору, бросая на меня короткий взгляд. – На этот раз мы здесь по работе.

Просто по работе? Я киваю, а внутри меня расползается разочарование. Нет, он, конечно, прав. Это я сейчас сама не своя, думаю о чём-то не том. Не хватало, чтобы нас кто-то застукал здесь. И вчера было опасно, но вчера был пик нашего желания.

Теперь-то мы удовлетворили любопытство и жажду изучить друг друга. Хоть немного притупили этот безумный голод. Так что сдержимся. Наверное.

Мы входим в знакомое царство полумрака и высоких стеллажей. Бронк уверенно ведёт меня вглубь, к рядам с делами, помеченными красными буквами. Он останавливается у определенной полки, его пальцы скользят по корешкам. Наконец-то он находит то, что хотел.

Босс извлекает увесистую папку, и я читаю маркировку на папке: «Происшествия на железной дороге. Инцидент № 734-Б».

Моё сердце замирает в груди. Я узнаю дату на корешке. Это тот день. Тот день, когда мои родители разбились в поезде, и я стала сиротой. Тот день, когда я навсегда покинула Верхний Город.

Бронк кладет папку на один из столов, заваленных другими документами, и открывает её. Внутри – рапорты, схемы, чёрно-белые фотографии разбитых вагонов, разбросанные, как спички. У меня перехватывает дыхание. Я видела в новостях всё это, но сейчас никак не ожидала, что придётся снова погружаться во всё это.