Книга Прелесть для владыки, или Хозяйка приюта «Милая тварь», страница 42 – Лина Алфеева

— Говорят, туда набирают исключительно наивных мазохистов, — любезно просветил его Ильн.

Лицо Гвейна после этих слов заметно вытянулось. Мы с Амандой обменялись ироничными взглядами. Без понятия, сколько Гвейн сможет скрывать то, что он, как и я, работает в Заповеднике, но за его попытками будет забавно понаблюдать.

— Не переживайте, я отлично лажу с животными, — заверила всех адептов я.

— И с двуногими тоже? — хмуро уточнила Ильн и добавил. — Я будущий маг-чаровник, но уже кое-что умею. Если пожелаете обзавестись защитой, смогу зачаровать простую ювелирку. Помогу исключительно за расходники.

— Буду иметь в виду, — вежливо отозвалась я, не став говорить, что себе Ильн явно помочь не смог. — А это что за магазин с забавным названием? — я указала на лавку.

Парни заметно стушевались,зато Аманде скрывать было нечего:

— Инициатива ректора Кирка. Из серии “Не можешь что-то пресечь — возглавь”.

Вот так я и получила подтверждение, что адепты древнейшей академии нашего мира и отпрыски богатейших родов — хуже галок. Во время выездных практик тащат все, что найдется: от редких трав до отрубленных лап и голов, а чтобы не устраивать в безразмерных рюкзаках помойку, ликвидировать последствия которой в случае поломки артефакта приходилось силами академии, ректор Кирк дал детишкам шанс законно избавляться от добытого во время охотничьего угара.

— И много тащут? — искренне ужаснулась я.

— В их расписании с первого курса есть “Искусство охоты”, — мрачно поведал Гвейн. — Многие заболевают трофейной лихорадкой.

— Быстро поднятое — украденным не считается?

Я с трудом представляла адептов, ворующих из академического музея или пытающихся поживиться в лавке штатного артефактора. Значит, будущие дипломированные маги в самом деле включают режим саранчи во время выездных практик, но и до них им нужно было где-то тренироваться. На полигонах — казенное имущество, выставочные павильоны охраняются. Остаются два подходящих места: Заповедник и…

— А в учебном некрополисе хоть кто-то трофеями запасается?

На меня вытаращились, как на очень большую оригиналку.

— Кому нужны кости… — наконец-то выдал мысль Ильн.

— Пф! — Аманда окинула его снисходительным взглядом, который так и намекал, что эта девушка и в костях, и в их разделке прекрасно разбирается.

— Нет, серьезно. Из некрополиса ничего не утащить, — вклинился Гвейн. — В академии все экспонаты под учетом. Некроманты учатся под таким контролем, что им не позавидуешь. Шаг в сторону от учебного плана — и тебя объявят чуть ли не отступником.

— Ого… — глубокомысленно выдохнула я.

— Сама понимаешь, в каком герцогстве мы живем, — многозначительно произнес Латар.

Угу. В Сумеречном, где магия жизни и смерти причудливо переплелась с иномирной тьмой, но породила не нежить, а волшебных существ. У нас их было так много, что некоторые не особо умные соседи предлагали отлавливать животных и выкачивать из них магию.

Герцог Авердан был решительно против, поэтому и провел всю жизнь на границе, охраняя ее и от контрабандистов, и от магов-ренегатов, которые чихать хотели на наши законы. Но сам герцог, как и его наследник Эрн, не были бестиологами. Фамильный дар Аверданов — магия тьмы, что выжигала все остальные способности и разрушала связи с родными магическими источникам Дельтрана. Поговаривали, что до принятия тьмы герцог Авердан был уникальным стихийным магом, положившим все свои умения на алтарь тьмы.