Книга Семь лет одиночества. Принцесса Малейн, страница 21 – Эль Вайра

— Смотрите, а что здесь?

Леди Редмэйн держала в руках небольшую коробку, отделанную кожей. Сердце Малейн подпрыгнуло. Она вскочила с кресла, осторожно взяв коробку и медленно открыла крышку. На шелковой подушке лежал серебряный медальной с небольшой дырочкой наверху, через которую тянулся тонкий кожаный шнур.

Никаких драгоценной. Никакой вычурности. Просто слова, отпечатанные в металле.

«Не сдавайся. Держись крепче»

А на обратной стороне — две ветки вереска переплетаются с розой. Вереск — символ Эльбы, а роза — часть герба Бриона.

Малейн расплылась в улыбке, но леди Редмэйн выглядела обеспокоенной.

— Эти слова что-нибудь значат?

«Больше, чем что-либо на свете» — пронеслось в голове у Малейн. Она готовилась расплакаться, но на этот раз не от обиды, а от щемящей радости. Гувернантка закатила глаза, мысленно прощаясь с макияжем принцессы.

— Поможете надеть его? — спросила Малейн и протянула ей медальон.

— Не уверена, что это хорошая идея. Символ Эльбы…

— Если дядя спросит, просто скажу, что на коробке не было имени дарителя.

«И даже не совру».

Леди Редмэйн поджала губы и покачала головой.

— В любом случае, он узнает герб своего врага.

Малейн задумалась, а потом просияла.

— А давайте его спрячем! Наденьте поверх это.

Она выудила из горы подарков ожерелье, похожее на сад драгоценных цветов. Достаточно широких, чтобы скрыть их с Робом тайну.

— Вы играете с огнем, Ваше Высочество, — тихо сказала леди Редмэйн, помогая Малейн надеть украшения.

Гувернантке всё меньше нравилась эта затея, но принцессе было всё равно. Внутри нее поднималось странное чувство… Будто бы она готовила восстание.

— Я давно играю с огнем, леди Редмэйн. Давайте уже посмотрим, как он горит.

*

День накануне открытия фестиваля закружил Малейн в суете подготовки. После разговора с дядей приятного волнения вернуть не удалось, она не собиралась сдаваться. Даже если Роб не приедет, пусть ее мероприятие пройдет настолько грандиозно, что он узнает о нем не только из ее писем. Восторженные слухи будут гулять по континенту целый год и преследоватьего, куда бы он не поехал.

В ночь перед открытием она не могла спать. А наутро и поесть не получилось. Только к вечеру Малейн поняла, что первый бал вот-вот начнется. Гости уже приезжают.

Принцесса обнаружила себя перед зеркалом, одетой в новое платье из лиловой парчи и пастельно-розового атласа. Лиф расшит россыпью мелкого жемчуга и золотистым бисером. Всё это великолепие переливалось с каждым ее шагом.

Волосы ей уложили по последней моде, которую задавала королева Франкии. Служанки собрали густые каштановые кудри принцессы на затылке и вплели в них тонкие нити драгоценных камней. Они должны сверкать, отражая огни свечей.

Малейн грустно вздохнула. Вот бы увидел Роб.

Медальон с вереском и розой надежно спрятан от дядиных глаз под слоем блестящих ожерелий.

— Ваше Высочество, пора выходить, нужно поприветствовать гостей.

— Иду, леди Редмэйн, — прошептала Малейн.

Дворец блестел и благоухал. Полы начищены, а от аромата цветов кружится голова. Приборы на столах сияют не хуже созвездий. Но несмотря на окружавшую ее красоту, Малейн потряхивало. Даже если что-то не так, переделать она уже ничего не успеет. Теперь всё в руках Создателя.

Дяди нигде не было видно, даже наверху, на его любимом помосте, откуда есть выход на балкон. Там открывается самый чудесный вид. Его отсутствие успокоило принцессу, и она подошла к парадному входу.