Книга Дочь звёздного палача 2, страница 32 – Элис Нокс

Вместе. До конца.

Шипение выравнивающегося давления – протяжное, механическое.

Шлюз открылся с лязгом металла о металл.

Холодный воздух ворвался внутрь – затхлый, тяжёлый, влажный, с привкусом пота, грязи, страха и отчаяния. Запах немытых тел, запертых в тесном пространстве слишком долго. Запах болезни. Безнадёжности.

Запах рабовладельческого транспорта.

Я знала этот запах – читала в отчётах, слышала в рассказах тех немногих, кто выжил и сбежал. Но читать и чувствовать физически – разные вещи.

Теперь он станет моим запахом на ближайшие часы. Впитается в кожу, в волосы, в одежду.

Я вздрогнула непроизвольно.

За порогом ждал мир, где мы были ничем. Где один неверный шаг, одно неправильное слово означало смерть или что-то намного, намного худшее.

Вейлан первым двинулся к шлюзу – шаг уверенный, несмотря на согнутую спину иллюзии. Кайра шла рядом, прижимаясь к нему, руки обхватили его за локоть.

Я сделала глубокий вдох – последний вздох чистого воздуха, воздуха свободы – и направилась следом.

Орион замыкал группу – тяжёлые шаги позади меня, размеренные, контролируемые.

У самого порога Вейлан остановился резко.

Обернулся к нам, и на губах под иллюзией играла та самая усмешка – дерзкая, беззаботная, совершенно неуместная в этот момент.

– Да чего вы все грустите? – бросил он с искренним весельем в голосе, широко раскинул руки. – Это же будет весело! Приключение века! История, которую будем рассказывать внукам!

Он притянул Кайру одной рукой к себе.

– Иди сюда, мой огонёчек, – пробормотал он Кайре в макушку, поцеловал рыжие волосы, что теперь казались тусклыми подиллюзией. – Моя дерзкая провидица.

Затем подмигнул мне через плечо.

– И ты, Вега. Не смей хмуриться. Портишь весь образ покорной рабыни.

Что-то в его тоне – лёгкое, почти мальчишеское – пробилось сквозь напряжение.

Кайра фыркнула – тихо, почти неслышно. Уголки губ дрогнули, поползли вверх.

Улыбка.

Маленькая, робкая, но настоящая.

Зажглась на её лице, как искра в темноте – осветила глаза изнутри на секунду.

– Ты невозможный, – прошептала она, но голос был теплее, мягче. – Абсолютно, полностью невозможный идиот.

– Знаю, – он усмехнулся шире, сжал её плечи. – Но ты любишь меня именно за это.

Я почувствовала, как напряжение в груди ослабло на миллиметр. Не ушло полностью, но стало терпимее.

Даже Орион за моей спиной выдохнул тяжело – что-то среднее между вздохом и смешком.

– Идиот, – повторил он негромко, но в голосе слышалась тёплая нота. – Абсолютный.

Вейлан развернулся обратно к шлюзу, всё ещё обнимая провидицу.

– Тогда пошли, мои покорные рабыни и угрюмый наёмник. Нас ждёт величайшая авантюра нашей жизни.

Мы шагнули через порог вчетвером – почти как команда, почти как семья.

В коридор «Железной звезды».

Ржавые, грязные внутренности транспорта, пахли отчаянием.

Металл под ногами был липким от грязи, стены покрыты тёмными пятнами – не хотелось думать, что это такое.

Тусклый красный свет пульсировал над головой – лампы старые, умирающие, мигали с протяжным жужжанием.

Вдалеке слышались голоса – грубые, резкие приказы надзирателей. Лязг цепей. Приглушённые всхлипывания.

Капитан Дрекс Валтор встретил нас в шлюзе.

Грузный мужчина средних лет, с жёстким лицом, покрытым щетиной нескольких дней. Шрам через левый глаз – старый, побелевший, тянулся от брови до щеки, искажая веко так, что глаз смотрел чуть вкось. Одет грязно – потёртая куртка из синтетической кожи с масляными пятнами и прожжёнными дырами на рукавах, штаны заправлены в тяжёлые ботинки со стальными носами.