Книга Истинная для принцев-драконов. Выбор судьбы, страница 82 – Инна Разина

Наконец один из охранников подзывает меня и проводит за живое заграждение. Пока иду за ним, пытаюсь настроиться на Габи и понять, в какой из комнат ее держат. Меня отчетливо тянет к самой дальней, где у входа замерли еще два мрачных стража. Едва сдерживаю своего зверя, который рвется к паре, глухо рыча. Но мне открывают соседнюю дверь, и я вхожу в покои Тэйлора Эддинга. Он встречает меня мрачным взглядом и молча кивает на кресло. Сажусь, и с минуту мы настороженно приглядываемся друг к другу. Стараюсь не испытывать ненависти к отцу моей пары, пусть из-за него меня сейчас так ломает. И это он не дал мне быть с Габи в самое сложное для нее время первого оборота.

— Ну вот, я встретился с тобой. Чего ты хочешь, принц Мортон? — без всякой любезности уточняет дракон. Что ж, раз так, я тоже отбрасываю этикет.

— Я требую, чтобы меня пропустили к паре, — говорю вежливо, но твердо. — По закону никто не может нам в этом препятствовать. Вы и сами прекрасно знаете, каково это, почувствовать истинную и не иметь возможности быть с ней. Почему я ее не ощущаю? С ней все в порядке? — с трудом пытаюсь держать себя в руках. Равнодушно-презрительный взгляд собеседника бесит.

— Не забывайся, мальчишка, — холодно усмехается он. — Габриэль — моя дочь, Северная принцесса. Ваши законы на нее не распространяются. А наши… По нашим она еще несовершеннолетняя и не имеет права распоряжаться собой. За нее решает семья. Та самая семья, которой твои родители пыталисьэту девочку лишить.

— Если вы говорили с отцом, уже должны знать, как все случилось. Ни он, ни мать не догадывались про Габи и ее сестру. Не разлучали их с матерью. Во всем виноват советник.

— О нет, не только он! — морщится лорд Тэйлор. — Если бы Луизу отпустили со мной, не сломали бы столько жизней сразу. У меня нет претензий лично к тебе. Но к твоей семье достаточно, чтобы прервать все контакты с вашей страной. Вот что я тебе скажу, — произносит жестко, сверля меня взглядом: — Забудь о Габриэль. С ней все хорошо, а будет еще лучше. Без тебя. Ты ее не чувствуешь, потому что я поставил блокирующий экран. До нашего отъезда вы не увидитесь. Ни моя дочь, ни племянницы не станут женами никому из вас. Это уже решено.

— Вы пойдете против истинности? — уточняю взбешенно, резко поднимаясь с кресла. — Из-за чужих ошибок обречете дочь на страдания? Разве недостаточно того, что ее уже лишили семьи? Теперь сами лишите ее пары? Любовь к ребенку не может быть такой жестокой. Я ради счастья дочери помирился бы с кем угодно.

— Вот когда она у тебя будет, тогда и получишь право говорить. А за Габи не беспокойся, она не будет страдать. Близости у вас не было, парность не подтверждена, ее тяга быстро пройдет. И истинного она еще встретит. Боги одарили нас возможностью иметь не одну пару, чтобы мы могли выбирать равных себе. Мои дочери сильны от рождения. Даже сложное детство этого не изменило. Поверь, ты видел лишь часть потенциала Габриэль. Я чувствую в ней нашу родовую силу и помогу ее развить. Мне жаль тебя, мальчишка. Я не испытываю к тебе ненависти. Но за все, что сейчас происходит, можешь поблагодарить свою семью. Твой отец даже проклятого советника не смог схватить.

— Хардинг сбежал? — уточняю глухо, заранее представляя, как эта новость повлияет на брата. Этот очень плохо. Как теперь искать сестру Габи? Задаю этот вопрос вслух и слышу: