Книга Последний призыв, страница 80 – Лисса Рин

Я не сдержалась и снова фыркнула, отчего Торен вздрогнул и повел плечами.

Кхм, забавная реакция. Точнее, была бы забавной, не насторожи меня слова Роя о состоянии моего взывающего. Кажется, пора сворачивать их милую, но малосодержательную беседу.

– Есть немного, – недовольно отозвался Торен и окинул взглядом сигнальные диоды, что раскинулись за спиной Роя, словно безвкусная сверкающая гирлянда. – Шеф на месте?

– Пока у себя, – ответил дежурный и криво ухмыльнулся. – Но ему лучше на глаза не попадаться:  он сегодня что-то не в духе.

– Опять на селекторе задач нарезали? – уточнил Торен и нервно взлохматил затылок.

– Не то слово! – важно кивнул Рой. – Говорят, в ваше Управление проверка из самого Министерства собирается.

Я готова была поклясться, что услышала насмешливое хмыканье Торена. Точнее сказать не могла, потому как в это время злорадно хмыкала сама. Жаль только, что на веселье абсолютно нет времени.

Я снова сосредоточилась на гранях эфира Торена.

– А этим все неймется, – рассеянно бросил он, не сводя взгляда с красной лампочки в крайнем правом углу панели. Тут его немного повело в сторону, и он отвлекся.

– Да, еще, кажется, стажера к вам подкинули. – Рой удивленно взглянул на Торена, чья ладонь без его ведома потянулась к проходному турникету.

– Какого стажера? – заинтересовался Торен, не без труда возвращая контроль над рукой, ноя приложила усилия, и его снова повело в сторону.

– Не докладывали, – сухо ответил Рой, во все глаза уставившись на качающегося Торена.

– Голова кружится. Лихорадка, – поспешил объяснить он, быстро проходя сквозь турникет. – Шеф попросил кое-что забрать. Я быстро.

И, махнув рукой, Торен поспешил к очередной лестнице.

– Что ты творишь, Листера? – зло прошипел он, едва мы преодолели первый пролет. Его дыхание сбилось, а сердце тяжело стучало. – Дежурный мог сделать пометку о моем состоянии. Проходи потом проверки да комиссии для допуска. Нам нельзя привлекать лишнее внимание, сама говорила.

– Тебе это прекрасно удается и без меня, – буркнула я, принюхиваясь. – Здесь налево.

– Что ты имеешь в виду?

Я снова принюхалась и нахмурилась. Запах, пускай и слабый, но все равно узнаваем. Нигде от этих церберов спасу нет! Только бы не напороться на кого-нибудь из них.

– Листера.

– А? Да. Твой вид. Точнее, состояние. Тут направо. Неужели не чувствуешь?– растерянно ответила я, все еще принюхиваясь. И, не дожидаясь ответа, пояснила: – Посмотри на запястье.

– Что? – Он недоуменно повертел своей темной, словно измазанной в саже, кистью. – Что это?

Я недовольно цокнула языком: мне казалось, реакция на покрывающуюся прямо на глазах темными рваными пятнами ладонь должна быть куда более бурной. С другой стороны, я ведь и не говорила, что конкретно скрывают в себе эти пятна. И что они несут для его тела. Все равно бы этот упрямый смертный мне не поверил. Зато теперь прочувствует все на себе в полной мере. А потом, глядишь, и прислушиваться ко мне начнет. Может быть. Если переживет.

– А ты на что рассчитывал, сладкий?– хмыкнула я. – Помнится, я предупреждала, что ты пожалеешь, приняв мой план. Моровая инферия в эфире смертного, знаешь ли, здоровых лет не прибавляет. Так что нам лучше поспешить. Теперь направо. По моим прикидкам, твой организм способен продержаться без последствий еще где-то около тридцати минут. Может, больше. Но проверять категорически не рекомендую.