Онлайн книга «Потусторонние истории»
|
Помню, как повернулась к мужу, который сидел с видом терпеливого уныния и разглядывал дно своей шляпы. Внезапно он встрепенулся, вытянул затекшие ноги и тихо сказал: «Может, пойдем уже? Смотреть тут все равно особо не на что, а ужин в гостинице подают в половине шестого». Закончив рассказ, она замолчала. Тогда Дух жизни произнес: – У меня есть то, чего ты жаждешь. – Неужели ты меня понял?! – воскликнула она. – Что же у тебя припасено, умоляю, скажи! – Так заведено, – ответил Дух, – что всякая душа, не нашедшая в земной жизни родственную душу, перед которой она смогла бы полностью раскрыться, встретит таковую здесь и они соединятся на веки вечные. С ее губ сорвался восторженный крик: – Ах! И мне суждено его найти? – Вот он, – промолвил Дух жизни. И действительно, перед ней стоял мужчина, чья душа (ибо в необычном свете она куда явственнее видела егодушу, нежели лицо) с непреодолимой силой влекла ее к себе. – Это и вправду ты? – прошептала она. – Да, это я, – ответил он. Они взялись за руки и подошли к балюстраде, нависшей над долиной. – И что же, теперь мы спустимся вместе в эту волшебную страну? – спросила она. – Увидим ее одними и теми же глазами, опишем наши мысли и чувства одними и теми же словами? – Это именно то, – ответил он, – о чем я мечтал и на что надеялся. – Неужели? – радостно воскликнула она. – Неужели и ты меня искал? – Всю свою жизнь. – Как чудесно! А в том, другом мире не нашлось той, которая понимала бы тебя? – Всецело? Нет… не так, как понимаем друг друга мы с тобой. – Значит, ты чувствуешь то же самое? О, какое счастье, – выдохнула она. Они стояли рука об руку у парапета, глядя вниз на мерцающий пейзаж, раскинувшийся перед ними в сапфировом пространстве; до Духа жизни, который остался стоять на страже у порога, долетали подобно ласточкам, отделенным ветром от перелетного племени, обрывки их разговора. – Ты когда-нибудь ощущал на закате… – О да! Но ни разу не слышал об этом от кого-то еще, а ты? – А помнишь ту строчку из третьей песни «Ада» в «Божественной комедии»? – Ах, моя любимая строчка. Мыслимо ли… – А склонившаяся Победа на фризе Ники Аптерос? – Та, которая завязывает сандалии? Тогда ты, верно, тоже подметила, как в летящих складках ее туники уже угадываются будущие Боттичелли и Мантенья? – Ты когда-либо замечал после осенней грозы… – Конечно, разве не удивительно, что определенные цветы наводят на мысль об определенных художниках: аромат гвоздики – о Леонардо, розы – о Тициане, туберозы – о Кривелли… – Вот уж не думала, что кто-то еще это заметил. – Ты когда-нибудь представляла… – О да, и очень часто, но и понятия не имела, что это приходило в голову кому-то еще. – И ты, без сомнения, ощущала… – Да, да! Значит, и ты… – До чего же прекрасно! Просто изумительно… Их голоса становились то громче, то тише, как журчание двух фонтанов, перекликающихся в цветистом саду. Наконец он в нетерпении повернулся к ней и молвил: – Любовь моя, к чему задерживаться дольше? Нас ждет целая вечность. Отправимся же вместе в эту прекрасную страну и заживем в доме на каком-нибудь голубом холме над сияющей рекой. При этих словах она вдруг выдернула руку, которая все еще покоилась в его руке, и он почувствовал,как на безоблачность ее души набежала тень. – В доме? – медленно повторила она. – В доме, где ты и я будем жить вечно? |