Книга Как украсть драконье (сердце) пламя, страница 22 – Елена Боброва

Только потянулась к мешку, как услышала рев, крылатая тень не заставила себя ждать, показавшись вдалеке. Засмотревшись на дракона, которого впервые вижу столь отчетливо, я не сразу нацепила личину. Надеюсь, он не заметил!

Дракон снизился к воде, теперь он был совсем близко. Я пораженно ахнула, когда буквально в одно моргание он вдруг стал Дрейком и эффектно с лету занырнул в воду. Его ребячество вызвало улыбку, внутри снова стало болезненно тепло, а когда он выходил из воды, у меня пересохло во рту. Его намокшие вещи, как вторая кожа обрисовывали крепкий торс, длинные ноги. Он шел ко мне, лицо бесстрастное, спокойное. И где его злость? Очередной идеальный план с треском провалился.

Дрейк подошел и стал надомной, возвышаясь и закрывая солнце, склоняющееся к закату.

— И как это понимать? Вы тут купаетесь, а Ганс с ног сбился, разыскивая тебя и лошадей, — Дрейк проговорил все это, казалось бы, мирным тоном, но меня словно ледяной водой окатило. Очень хотелось соврать, и у меня почти получилось:

— Это все Поплавок, — смалодушничала я, строгий взгляд Дрейка вынуждал меня защищаться, — он сюда побежал, а я за хвост прицепился и вот, — сев, попыталась объяснить, старательно представляя эту картину перед глазами, чтобы врать получалось вернее.

Поплавок обиженно фыркнул неподалеку, ну вот, теперь обидится. Дракон же пристально и строго, сведя брови посмотрел на меня, а потом взял и расхохотался, бессовестный! Нет бы пульнуть в меня огнем, а он смеется, и его смех настолько заразительный, что и я начинала хохотать, как ненормальная, до слез.

Отхохотавшись, я полезла в мешок, незаметно засунула стрелу подальше и вытащила большой кусок пирога, который прихватила на ужин. Разделила на две половинки и протянула одну мужчине. Он принял угощение, улыбнувшись, а я порадовалась, что уже сижу на земле, от его безумно красивой улыбки можно было и упасть.

— Лем, я понимаю, что тебе тяжело привыкнуть жить по правилам после стольких лет бродячей свободы, но порядок один для всех. Будь добр впредь не нарушать его.

— Хорошо, — просто отозвалась я, мне на самом деле было стыдно, пусть мой поступок и оправдан в какой-то мере.

— Ты привыкнешь к Драконьему приюту, он может стать тебе домом.

«Уже стал», — подумала я.

Мы еще долго сидели у озера, Дрейк рассказывал мне про свой дом, про людей, живущих в нем, посмеивался, вспоминая смешные случаи, а мне хотелось разреветься от щемящей тоски, накатывающей внутри неумолимыми волнами.

Когда на небе зажглись мириады звезд, мы опомнились.

— Надо возвращаться. Ганс наверняка волнуется. Что-то мы с тобой заболтались, ты хороший собеседник, Лем, — сказал Дрейк, поднимаясь с земли.

— Что вы, господин, это все ваши рассказы, очень интересно! — тут и врать не пришлось, говорила от сердца. Моя бы воля, слушала бы его всю ночь. Дрейк много знает о нашем мире Этамин. Много, где был, пока не погиб отец. Дальше он рассказывать не стал. Было видно, что ему больно вспоминать.

В момент, когда он оборвал свою речь, мне так хотелось обнять его, прижаться, утешить, что даже мой облик пошел рябью, готовый исчезнуть. Настолько велико было желание. Благо Дрейк стоял ко мне спиной и смотрел на озеро, мелкие волны которого подсвечивали молодые луны. Стараясь успокоиться, посмотрела вверх, на сияющий золотистый полумесяц и почти полностью раскрывшийся серебристый диск.