Книга (Не) Лишняя для дракона. Книга 2, страница 20 – Дарина Ромм

Прямо перед ее лицом оказались его глаза и в полумраке подкроватного пространства Тратти показалось, что их радужка поменяла цвет, отливая темным золотом с вертикальным зрачком посередине.

— Уползай, малышка. Беги, пока не поздно. — прошептал Трой хрипло.

Подушечкой большого пальца провел по ее губам, обрисовывая контур, и решительно выпихнул Тратти наружу.

Его величество прибыл в замок Мертей в сопровождении магистра Фоляриса, главы тайной канцелярии, пары министров и своего личного целителя.

Поняв, что делегация явилась по ее душу и представив, как все они задают ей вопросы по поводу покушения и смерти служанки, Тратти мысленно застонала.

Когда Трой выпихнул ее из-под кровати, она тут же попала в руки Санториана.

Принц, не обращая внимания на бледный вид Тратти, устроил полноценный допрос: что видела, что слышала, как очутилась под кроватью… А Трой сидел рядом, слушал, не отводя от нее взгляд, и улыбался странной улыбкой, от которой по всему телу шел озноб, а душа ныла от смущения и непонятной радости.

Девушка честно пыталась сосредоточиться и отвечать на вопросы. Получалось плохо: мысли упорно убегали совсем в другую сторону — в тесный полумрак под кроватью, где она только-что так необычно проводила время.

Тратти чувствовала безразличие к тому, что ее совсем недавно пытались убить. И не переживала о погибшей вместо нее горничной.

Она знала, это все будет потом — и ужас, и жалость, и слезы. Когда она передумает все свои испуганные мысли и разберется со смятением в сердце.

Когда перестанет вспоминать о горячих мужских губах и жадных прикосновениях его рук. Забудет о жарком шепоте у виска и странном блеске в поменявших цвет глазах, рассматривающих ее в упор со странной смесью горечи и желания.

А сейчас она понуро сидела на диване, совсем не слыша, что ей говорит его высочество и перебирала пальцами бахрому тонкого пледа, который Трой накинул ей на плечи.

Смятение и растерянность перемешались в душе юной, неопытной в сердечных делах девушки. И, завернутые в сожаления о недостойном приличной драконицы поведении, дружно терзали расстроенную Траттиану.

И вдруг в груди у нее опять что-то зашевелилось, заурчало, посылая мягкие теплые волны, расслабляя напряженное тело и успокаивая сердце. Будто кто-то сильный и мудрый погладил ее по голове и шепнул слова утешения и поддержки.

Одновременно со спокойствием пришло и другое: уверенность и гордость. Тратти даже дышать перестала, ошеломленная пониманием, что больше не чувствует ни стыда, ни неловкости.

Будто в одночасье кто-то сдул с нее всюшелуху детских сомнений, дурацких переживаний и комплексов. И осталась она настоящая — взрослая и сильная Траттиана Аль-Таундсен, потомок великих драконов. Гордая, женственная и уверенная в себе, больше не боящаяся своих желаний и чувств и забывшая о глупом смущении.

Траттиана сидела, оглушенная этим открытием, ничего не видя и не слыша слов, обращенных к ней.

Когда леди Траттиана третий раз не ответила на его вопрос, принц Санториан тяжело вздохнул и предложил ей пойти отдыхать.

— Леди, я понимаю, произошедшее было для вас шоком и сейчас вы не в состоянии отвечать на вопросы. Встретимся позднее, когда прибудет его величество. А пока отдыхайте. Охрана вас проводит.