Книга Мой сводный некромант, страница 81 – Анна Одувалова

– Никогда, – шепчет он. – Больше никакойболи. И тогда не хотел. Я действительно не должен был сдаваться. Надо было просить прощения до победного и не верить Дариусу и маме, которые считали, что наши отношения – ошибка. Я пытался быть хорошим сыном… переболеть. Уговаривал себя, что все рано или поздно закончилось бы, так пусть лучше так. Я был не прав и много-много раз сожалел об этом.

– Ты знаешь… – Я вздыхаю, потому что не представляю, как мои слова воспримет Ян. – Возможно, все было не просто так? Возможно, нам нужно было это испытание. Оно изменило и тебя, и меня… Наверное, эти изменения к лучшему. Иногда расти над собой можно только через боль. Мы стали сильнее, и эти силы…

– …помогут нам справиться с Яришей и ее тайным наставником, – подхватывает он мою мысль, и я радуюсь, что мы с ним на одной волне. Теперь все правильно, так и должно быть.

– Именно. А сейчас… Можно я все же съем мороженое, клубнику и выпью игристое? – спрашиваю я с усмешкой. – Я почти не пью алкоголь, и ты знаешь об этом, но сегодня… Короче, никому не рассказывай про сегодняшний вечер.

Ян смеется и кивает:

– Хорошо. Я вообще не хочу про тебя никому рассказывать. Это очень личное, и для меня это очень важно.

Агния

Мы сидим и болтаем до ночи. Так, словно не можем наговориться друг с другом. Намеренно не затрагиваем острые темы. Они снова найдут нас, но это случится завтра. Пьем игристое, и впервые жизни я не пытаюсь себя ограничивать и держать в руках, но все равно не спешу. Некуда и незачем. Смакую каждый глоток, макаю клубнику в мороженое и стараюсь не думать о том, что приготовит нам завтрашнее утро. Это сложно, но алкоголь и Ян помогают в этом.

Иногда кормлю клубникой Яна, и его губы нежно и словно невзначай скользят по моим пальцам. Это игра, и он не скрывает этого. Дразнит.

Вздрагиваю, но прикрываю от удовольствия глаза. Сегодня нам можно все. И это такое упоительно-волнующее ощущение, что мне хочется его растянуть. Завтра все изменится, завтра мы не сможем игнорировать угрозы и то, что в убийствах замешана Яриша.

Мне кажется, Ян если и не чувствует подобного сам, то очень хорошо понимает мое состояние и поэтому не спешит. Неторопливо проводит пальцем по тыльной стороне моей ладони и выше к локтю, спускается обратно и повторяет ненавязчивое движение. Потом отвлекается и словно невзначай убирает прядь волос от моего лица. Каждое его невинное прикосновение волнует меня все больше.

Вино, романтичная обстановка, красивый парень и отсутствие разного рода запретов, которыми я привыкла себя ограждать, – это мой сегодняшний вечер.

Когда Ян нежно тянет меня на себя за руку, я повинуюсь. Встаю из-за стола и, огибая его, оказываюсь рядом с парнем, который сейчас чуть ниже меня, потому что сидит.

Сама наклоняюсь и нахожу губами губы, пахнущие клубникой и вином. Этот поцелуй другой – требовательный, жадный, заставляющий плавиться, словно мороженое на столе, про которое мы мигом забываем, поглощенные друг другом. Забираюсь к Яну на колени, обхватываю его бедрами. Лицом к лицу, вжимаясь в сильное, напряженное тело, ощущая болезненную пульсацию внутри живота.

Ян со стоном выдыхает и углубляет поцелуй, сильнее обнимая меня. Халат сползает с плеч, а я непослушными руками изучаю тело Яна. Я безумно соскучилась по ощущению его гладкой кожи. Скольжу по ней грудью и чувствую, как по рукам бегут мурашки. Этот парень настолько во всех смыслах мой, что сносит крышу. Его поцелуи – самое волнительное, что случалось в моей жизни.