Книга Невыносимый дар, страница 82 – Анна Одувалова

– Все в порядке, – говорю я преимущественно для Дара. Мне не нравится видеть в его глазах страх.

Меня быстро осматривает лекарь, вливает в рот какую-то горькую настойку, проводит руками по телу, сканируя на повреждения, и я чувствую теплую волну. Все в порядке. Мне бы радоваться, что я ничего не сломала, но проигрыш запоздало накрывает с головой. Это самое болезненное поражение в моей жизни, и его последствия могут быть неприятными и сильными для меня.

Пытаюсь прийти в себя. Дар стоит в стороне. Вокруг меня лекари, тренер, персонал. Всем важно убедиться, что я не пострадала серьезно. Но самые значимые травмы на соревнованиях – не физические. Я потеряла уверенность.

– Каро, что произошло? – спрашивает шэх, когда лекари уходят. – Все же шло хорошо. Какая проблема возникла в самом финале?

Поднимаюсь, не желая ни с кем разговаривать. Ни с ним, ни с Даром. Мечтаю остаться одна.

Прихрамывая, иду в сторону раздевалок. Шэх отправляется за мной. Дар – нет. Хорошо. Не хочу никого видеть. Скоро награждение, не собираюсь даже подниматься на трибуну. Для меня второе место – это проигрыш. Фиаско и крушение всех надежд. Я почти уверена, что из колледжа меня выгонят, и это очень больно осознавать.

– Каро, я жду ответа, – напоминает о себе тренер.

– До соревнований я нашла записку и высушенный цветок у себя в шкафчике… – нехотя признаюсь я.

– Почему не сказала?

– Не было времени. – Я пожимаю плечами и морщусь от боли в грудной клетке. Все же я достаточно сильно приложилась. – Лестрат был в курсе. А во время соревнований я видела в толпе на трибунах Его…

– Прям его? – скептически уточняет шэх, и я пожимаю плечами. Откуда же мне знать?

– Я видела его рубашку… этого оказалось достаточно.

– Каро, кто-то в рубашкесмог вывести тебя из равновесия?

– Это точно была его рубашка, – упираюсь я, злясь оттого, что чувствую себя ущербной. – И да, вся эта ситуация выводит меня из равновесия.

– Сегодня на кону стояло твое будущее.

– Спасибо, что напомнил! – огрызаюсь я раздраженно. – А то я не знаю, что он методично уничтожает мою жизнь! Что я с этим могу поделать?

– Он уничтожает твою жизнь лишь потому, что ты ему это позволяешь! – отрезает шэх, а мне становится зло и обидно.

Как будто я во всем виновата! Но это не так.

Шэх чувствует мое возмущение и продолжает:

– За все это время он не пытался вступить с тобой в контакт. Он просто пугает и больше ничего не делает, а ты не можешь взять себя в руки. Тут ты была в безопасности. Да и вообще непохоже, что он хотел как-то с тобой взаимодействовать.

– Он убил девушку, – напоминаю я.

– Девушку, не тебя, – возражает шэх. – Он играет тобой, и ты выдаешь ему нужные реакции и гробишь свою жизнь и спортивную карьеру. Переодевайся и выходи на награждение. Сделанного не изменишь, но, Каро, если ты вылетишь из колледжа, думала ли ты, как сложится твоя жизнь? Я не смогу вытаскивать тебя постоянно, хоть и буду стараться раз за разом.

– Но я не виновата… – несчастно всхлипываю я, а шэх смотрит на меня с жалостью.

– Я понимаю, Каро, но спорт не терпит слабости, и директор колледжа – тоже. Сейчас ты проиграла, а Уейси победила, маньяк твой победил, и никому нет дела до причин произошедшего. А мне бы хотелось, чтобы победа осталась за тобой и в этой ситуации, и в этой жизни.