Книга Невыносимый дар, страница 43 – Анна Одувалова

Ловлю себя на мысли, что мне тоскливо без вкусненьких бутербродиков. Но уходить неловко, приходится сидеть в переполненном зале и молчать, так как разговаривать во время торжественного мероприятия, значимого для многих присутствующих, невежливо. Поэтому я смиренно жду, когда торжественная часть завершится, и чувствую, как ускоряет бег сердце рядом с Даром. Парень не выпускает мою руку, и это приятно.

Церемония затягивается. Становится очень сложно не зевать, но я вспоминаю соревнования, когда ждешь своей очереди почти целый день, и все это время надо аккумулировать силу, чтобы выйти на две минуты на татами и победить. Становится проще, и когда со сцены уходит последняя наследница, я даже нахожу в себе ресурс не броситься сразу же к столам.

Мы с Даром так и встаем, держась за руки. Это странно. На нас смотрят, но я понимаю, что не хочу никаких объяснений.Мне нравится ощущать свою руку в его руке. Ему, очевидно, нравится ее сжимать. На том и остановимся. Совершенно точно в нашем случае не стоит пытаться давать этому какое-то объяснение.

В какой-то момент мы остаемся одни. Мара и Кит изначально сидели не с нами. Я не стала спрашивать у Дара, почему так. Может, близнецы снова поругались? Или у Мары было какое-то свое особое место. Энси пересела поближе к своему парню. Видимо, чтобы действовать на нервы его невесте.

И сейчас мы идем через зал к столику, за которым обосновались Кит и Мара. Рядом с ними останавливается невысокая элегантная женщина со строгой прической и в длинном, скромного покроя платье из дорогой тяжелой ткани со сложной вышивкой. Серебро на бордовом смотрится эффектно. Дар замирает и непроизвольно сжимает мою руку. Я недоуменно смотрю на него.

– Что-то случилось?

– Нет, – уверенно произносит он и крепче сжимает мою руку. – Все хорошо.

Когда мы подходим, женщина оборачивается. У нее такие же, как у Дара, голубые глаза. Холодные и надменные. Точнее, как у Дара на момент нашей первой встречи.

– Никитос сказал, что ты сегодня не один, – произносит она без видимой агрессии, но все равно по спине бежит холодок.

Я иначе представляла себе бабушку братьев. Хотя могла бы предположить, зная, что она собой представляет. Я же не раз слышала о мирс Амелии. Я даже не сразу понимаю, что Никитос – это Кит. Интересно, а какое полное имя у Дара?

– Мой брат всегда был разговорчивым, не находишь? – в тон ей отвечает Дар. На его губах блуждает расслабленная улыбка, которая совершенно не вяжется с тоном, которым он разговаривает.

– Не хочешь познакомить меня со своей девушкой?

Только вот я не его девушка. Наверное, сейчас лучший момент сказать об этом, но язык прилип к нёбу, поэтому отвечать приходится Дару.

Мара и Кит смотрят заинтересованно, я хочу провалиться под землю, и только Дар остается невозмутимым. Мне сложно понять, что у него в голове, и это заставляет нервничать. А в этой ситуации важно сохранить лицо.

– А если не хочу? – спрашивает он холодно.

– Если не хочешь, значит, знакомство не так важно, – отвечает мирс Амелия.

На меня она не смотрит. Ее интересует только Дар, и все слова – для него, а не для меня.

– Тогда, может, не стоило торопиться и звать девушку на мероприятие подобного уровня. Чтобы в дальнейшемни у кого не возникло недопонимания и ложных надежд.