Книга Душа моя, гори!, страница 191 – Виктория Яровая

– Ну хоть что-нибудь? – настаивала девушка.

Хотелось ее успокоить, и я задумалась. О чем я стала бы переживать после ухода? В голове всплыл образ старушки. Я, как наяву, видела скрюченные старые пальцы и печаль в ее глазах. Поэтому я попросила:

– Если меня не будет рядом, ты сможешь хотя бы иногда присматривать за Наили? Она слишком стара, и ей тяжело.

– Конечно, – радостно закивала девушка и, задумчиво посмотрев на меня, спросила: – С тобой что-то случилось?

– Нет, – весело отмахнулась я. – Просто вдруг я уеду, или еще что…

Гволи успокоилась, на ее лице появилась легкая улыбка. Вот так мне будет гораздо спокойнее. Она присмотрит за Наи, а та поможет ей выносить здорового ребеночка. Девушка хотела пообщаться со мной еще, но я почувствовала себя уставшей и, попрощавшись, отправилась к травнице.

***

Сжимая в руке корзинку с лекарствами, я в последний раз обернулась на шатер Наили и вздохнула. Мне нравилась эта старушка. Надеюсь, она еще долго проживет. С тяжелым сердцем отвернулась и пошла в наш с Грэгом кармык. Нужно подготовиться к операции.

Грэг пришел поздно, когда темнота полностью завладела миром. Выглядел он уставшим, но таким довольным, что я не удержалась от улыбки. Мужчина мне тоже нравился. На самом деле мне многое пришлось по вкусу в этом мире. Сейчас я чувствовала печаль, зная, что скоро придется покинуть Хирнэлон.

– Ты сегодня задумчивая, – сказал Грэг, подходя ближе. – Что-то случилось?

Он смотрел внимательно и с такой нежностью, что я не выдержала: протянула руку и погладила его по щеке. Пальцев коснулась легкая щетина и весело уколола кожу. Стало щекотно, и я смешливо поджала губы. В глазах мужчины зажегся искрящийсяогонек, который медленно разрастался.

Грэг не двигался, но я знала: стоит шагнуть ему навстречу, и он сорвется. Мне так отчаянно захотелось это сделать. Окунуться в ту нежность, что кружила вокруг нас, и насладиться ею в последний раз. Но я не двигалась. Зачем усугублять ситуацию? Как он себя будет чувствовать после моей смерти? Ему и без того придется непросто. Моя рука безвольно упала, и я попятилась.

– Нам стоит начать, если хотим успеть, – произнесла я тихо, но очень твердо.

Грэг все понял. Он понимающе кивнул, огонек в глазах погас. Мужчина прошел к приготовленной кровати, молча разделся до пояса и лег на спину.

– У меня есть эликсир от доктора. Давай я проведу операцию, пока ты без сознания? – предложила я.

– Нет, – уперся Грэг. – Если что пойдет не так, я должен бодрствовать.

Я нахмурилась. Что может случиться? Мы уже дважды проходили через эту процедуру. Еще раз попыталась его переубедить и отступила. А вдруг он прав? Это не обычная болезнь. Приготовила все необходимое и начала.

Казалось бы, в третий раз должно быть проще, но каждый раз, когда Грэг вздрагивал и его лицо накрывала маска боли, я не могла сдержаться. Руки тряслись, на глаза набегали слезы. Я поняла, почему хирурги не делают операции своим родным. Слишком тяжело видеть близкого человека в беспомощном состоянии, слишком страшно ошибиться.

Спустя пару ужасных часов, вывернувших мою душу наизнанку, я с облегчением кинула проклятье в огонь. Грэг внимательно смотрел на мелькнувшее в дыме лицо мужчины. Я понимала чувства Грэга. Ему непросто видеть убитого старого друга.