Книга Ван Хельсинг, страница 22 – Таня Лаева

– Твой друг не должен был прикасаться к скрижали. Теперь он пробудил древнее зло, которое охраняло эту тайну.

– Так что это, Март?

– Покойные… что не попали в царство мертвых.

– БЕЖИМ! – не услышала я чей-то рев.

Я достала из-за спины арбалет и направила в сторону премерзкого рычания. В конце золотого полыхающего зала, где становилось все жарче, появились первые головы. Толпа нежити начала достаточно быстро подбираться к нам, кряхтя и улюлюкая. Часть из них сваливалась в пропасть, и из огненной пропасти начали доноситься первые визги и звуки сгорающей плоти. Ступни нагревались вместе с полом, но в тот момент я меньше всего думала об этом.

Я навсегда запомню эти обезображенные лица, на которых свисали остатки гнилой плоти и волос. Безгубые, бесщекие, громко булькающие и клацающие черными зубами, что просвечивались сквозь едва держащуюся на костях плоть… рычащие голодные покойники тянули к нам свои забинтованные конечности и предвкушали сытный ужин.

Включив режим «мгновенного убийства», я начала палить по армии живых мертвецов.

– Получите, дохлые сукины дети!

В стороны разлетались кусочки истлевшего мяса, бинты, хрящи, но толпа продолжала идти и подбираться к нам все ближе. От запаха начала кружиться голова. Такой сладковатый и тошнотворный, до невыносимой рези в глазах. Я воинственно закричала, но мои стрелы будто пролетали сквозь трупы, замедляя их лишь на долю секунды.

Фёр схватил меня за локоть и потащил прочь.

– Жить надоело?! – зарычал принц, – Их нельзя убить! Нам нужно выбираться отсюда.

Мы вчетвером бросились бежать и, по всей видимости свернули куда-то не туда. Незнакомый коридор привел нас к стене, не похожей ну ту, через которую мы пришли. Ни дверей, ни замков… магия Мартина не срабатывала.

– Это тупик! – ударил он кулаком в каменную стену.

После этого движения ее покрыла паутина из трещин, из которых начал сочиться мелкий песок словно тонкими струйками золотой воды. Мертвецы приближались.

– Нас здесь похоронят заживо или разорвут на куски! – голос Боа прозвучал не очень воодушевляюще, – Есть идеи?

– У меня есть одна…

Фёр оттолкнул меня в объятия Боа и, превратившись в волка, бросился в толпу нежити, разрывая их на куски. Но напористо текущая толпа постепенно сдвигала его и заставляла отступить. Его лапы вязли в зыбучих песках, что открылись в полу. Источающие невозможный смрад твари ранили его прежде, чем он успевал расчленить их.

– ФЁР!!!

С моимкриком раздался раскат грома, и Мартин обернулся. Шаровая молния врезалась в вонючую орду и на время раскидала по стенам, потолку и полу.

Грей поднялся на ноги, и они уже вдвоем кинулись на нашу защиту, пытаясь вытолкнуть не унимающуюся волну и очистить путь к спасению. Мумии не отступали, а песок подступал к лодыжкам. Громко зарычав, Фёр накрыл нас своим огромным мохнатым телом.

Как только мы оказались под его куполом, огонь, исходящий от молний Мартина, охватил все вокруг. Мертвечья обмотка мгновенно загорелась, ровно как и шерсть моего защитника. Оставшаяся подпаленная нежить, та, что не взорвалась, скуля и похрюкивая, убегала, сверкая своими гнилыми пятками.

Провоцируя мощный рвотный рефлекс, во мне боролись ни на жизнь, а на смерть, запах аммиака и горелой трупачины до тех пор, пока мой принц не издал протяжный жалобный вой.