Книга Ороро, страница 48 – Таша Янсу

– Что? – чуть не поперхнулась Мэриэль.

– Никогда не слышал о таких божествах, – продолжал Ороро.

Вся покрасневшая Мэриэль, прижавфартук ко рту, то ли гневно ругалась, то ли кашляла, то ли хохотала.

– А ты уверена, что Гет не пошутил?

– Ммм, честно говоря, нет, – успокоившись, призналась Мэриэль. – Откуда это ты знаешь язык богов? Такому же только в школах магов учат.

– Сестра меня учила, – ответил Ороро.

– У тебя есть сестра?

– Мать, мать, точнее мать, я перепутал! – спохватился Ороро.

Мэриэль подозрительно оглядела его. Ороро постарался смотреть на нее как можно более невинными глазами.

– Ну и жарко у вас тут! – воскликнул вовремя зашедший на кухню Ингрэм.

Неловкая оплошность была позабыта, и Ороро выдохнул с облегчением.

Ингрэм запыхался и вспотел – взялся помочь Мэриэль с дровами на зиму, – и с жадностью приложился к кружке воды, которую Мэриэль предусмотрительно ему протянула.

Ороро очень нравились подобные дни, когда они с Ингрэмом приходили в деревню рано утром, когда еще не высыхала роса, а солнечные лучи сонно пробивались сквозь дымку рассветного тумана. Ранним утром было прохладно и свежо, улицы – пустынны и тихи, а Мэриэль в своей таверне уже хлопотала и готовила еду.

Жители деревни часто просили Ингрэма подсобить в строительстве дома или уборке урожая, или подправить плетень у дома… Во многих семьях не было взрослых мужчин – одна женщина да сопливые дети и старики. Ингрэм, к негодованию Ороро, не брал денег с таких семей и даже обиделся на его справедливый упрек, и долго что-то нудел о помощи ближнему.

Ороро вдруг задумался, что и Мэриэль ведь не берет с них оплату за сладкую выпечку и вкусную еду, которую каждый раз дает им домой, и что когда семейство Хорея пришло к ним в лес помочь с домом…

Ороро вдруг стало жарко и стыдно.

– Идем, Ороро.

Не заметив его бурного душевного переворота, утоливший жажду Ингрэм привычно взлохматил ему волосы. Ороро насупился, чувствуя, что багровеет, и отвернулся.

– Не будем мешать тетушке Мэриэль.

– Он ничуть не мешает, – заверила тетушка Мэриэль.

Ее блестящие рыжие волосы полыхали огнем в лучах заглянувшего в окошко солнца, и неожиданно показались Ороро очень даже красивыми.

– У нас сегодня много работы, – отозвался Ингрэм.

– Даже хлеба не дождетесь?

Ингрэм поблагодарил ее и сослался на неотложные дела, и как ни хотелось Ороро поболтать с Мэриэль подольше и узнать о Ингрэме побольше, он послушно заторопился следом.

Вырезать фигурки из дерева былоувлекательно, и когда что-то получалось, Ороро с заслуженной гордостью мчался к Ингрэму – хвастаться и чтоб похвалил. Ингрэм дергал бровями, уголки его губ ползли вверх, он хмыкал, говорил что-то вроде «молодец», «отличная работа» и ерошил волосы. Но больше всего Ороро нравилось ходить с ним снимать силки, смотреть, как испуганно бьется пойманная добыча, и сворачивать ей шею, а затем свежевать. Шкурки животных Ингрэм продавал или менял на что-нибудь в деревне.

Очень по душе Ороро было смотреть на огород возле дома. Однажды летним днем Мэриэль отсыпала ему в ладошку семена из коробочки, сорванной прямо из отцветшего высокого цветка. Велела посеять возле забора и с хитрецой подмигнула. Восходы были скорыми, и через несколько недель Ороро с восторгом совал нос в крупные красные бутоны высоких цветков, точно таких же, какие росли в пышном цветнике на заднем дворе таверны. Посмеивающийся Ингрэм отвел его в небольшую лавочку, где было полно разных семян. Продававшая их девица охотно рассказала Ороро о цветах и даже показала картинки в огромной толстой книге. Он и не подозревал, что у пустых людишек могут быть такие полезные учебники! Ингрэм прикупил понемногу из каждого вида семян, на которые он указал. Сказал, что ответствен Ороро будет сам – и за цветы и за уход за ними. Ороро согласился. Он рыхлил, поливал, вырывал сорняки со своей клумбы, не используя магию, – почему-то ему ужасно нравилось работать руками, следить за своими ловкими пальцами, чувствовать кожей тепло земли и травы. Он мог часами сидеть на коленях перед своими драгоценными цветами и жадно наблюдать за тем, как набухают почки, растут листья, наливаются нежные бутоны.