Книга Ороро, страница 237 – Таша Янсу

Ненависть Энис несколько притихла после того, как Ороро в очередной раз спас Гета из неприятностей, в которые тот вляпался со своей страстью к приключениям, но она всегда запиралась в своей комнате, когда приходил Ороро.

Как сейчас.

Ороро постучал в дверь и, дождавшись разрешения, вошел.

– Ты? – презрительно спросила Энис.

Располневшая, но все еще красивая, несмотря на наложенные временем морщины и седину, она стояла у книжной полки и рука ее замерла, удерживая страницу книги, которую она не успела перелистнуть.

– Добрый вечер, Энис. – Ороро чуть склонил голову, аккуратно притворил за собой дверь и поставил поднос на столик у кресла возле очага.

Комната была маленькой и больше напоминала кладовку со сваленными в кучу предметами, но, приглядевшись, можно было обнаружить некую систему, по которой эти вещи были расположены именно так, чтобы до тех, которыми пользовались чаще, можно было дотянуться быстрее.

– Госпожа Армира просила передать тебе письмо.

Энис заложила книгу ленточкой и вернула ее на полку. Забрала протянутое письмо, села за столик у окна, достала в ящичке под ним письменные принадлежности и, закусив нижнюю губу, принялась писать ответ.

Ороро помялся с ноги на ногу и, прочистив горло, сказал:

– Я хочу отдать Гету дневник его дяди.

– Делай, что хочешь, – сухо отозвалась Энис. – Вы же с ним такие большие друзья.

Ороро смолчал.

Гет не был Ингрэмом, который считал себя виновным в гибели тех людей и маленькой Анн, на него не давила столь тяжелая ноша. Гет был другим, но, глядя в его глаза, Ороро видел в нем Ингрэма и возможность получить прощение за свои грехи.

Он все еще помнил его слова – о стремлении душ вернуться к близким.

Переродился ли Ингрэм в своем сыне? Переродится ли в своих потомках? Узнает ли его Ороро, глядя вглаза его детей?

– Я закончила, – сказала Энис и, запечатав письмо в конверте, протянула его Ороро.

Ороро кивнул ей.

– Поешь что-нибудь. Твоя семья беспокоится, – напомнил он.

– Убирайся, – отозвалась Энис и вернулась к книжной полке, будто его тут уже не было.

Ороро положил письмо во внутренний карман камзола и тихо закрыл за собой дверь. Устало прислонился к стене, постоял так немного, рассеянно вслушиваясь в происходящее на кухне.

Элси и Вэлки упрямо что-то доказывали друг другу и взывали к матери, чтобы та их рассудила, маленький Катен хотел еще десерта.

– Все хорошо? – спросил Гет.

Ороро вздрогнул от неожиданности – совсем его не заметил. Тот стоял в тени возле кладовой, примыкающей к комнате, скрестив руки и нахмурившись. Подошел ближе, вопросительно склонив голову набок.

Внешне он больше походил на мать, ростом был выше Ингрэма.

Ороро кивнул.

– Тогда идем.

Гет улыбнулся и зашагал к кухне первым. Глядя ему в спину, на разворот его плеч, на посадку головы, каштановые волосы, Ороро последовал за ним, будто за ниточку потянули. Гет уселся напротив него, налил им обоим по кружке пива и, улыбаясь, заговорил о планах на завтра.

Внимательно вслушиваясь и уточняя некоторые моменты, Ороро видел в уголках его губ улыбку отца, слышал в манере его речи (когда Гет пожурил расшумевшихся детей) слова, которые выбрал бы Ингрэм. Он перевел взгляд на послушно притихших детей, переглянулся с Элси, перенявшей зеленые глаза отца. Она широко улыбнулась ему. На сердце потеплело до слез и не удержаться было от ответной улыбки.