Книга Жемчужина боярского рода, страница 70 – Ива Лебедева

— Не знаю, с кем и о чем выдоговаривались, сударь, — я поправила платок, надвинув его еще ниже на брови, — но я буду одеваться сообразно своему положению. И вряд ли у вас есть право мне указывать в этом вопросе.

В салоне ощутимо посветлело и похолодало. Сначала я подумала, что это Игорь так злится. Но нет. То есть боярыч-то аж зубами скрипел, но атмосферные изменения были вызваны тем, что маголет взлетел. Так плавно и гладко, что сначала никто этого даже не почувствовал.

— Отстань от девушки, Снежок, — влез в беседу Вьюжин. Угу, я как раз хотела удивиться, чего это он так долго молчит.

— Тебя не спросил, — презрительно отбрил бывший жених. — Ты здесь вообще из моей милости. Так что помалкивай, если не хочешь дальше лететь самостоятельно.

— Пф, какие мы грозные. — Алексей явно забавлялся, перекидывая из руки в руку цепочку ледяных кристалликов. — Я всего лишь хочу сказать, что боярышня Ольга в своем праве. Как и что надевать — ее дело. Никакое самое грозное и доверительное письмо от главы рода Барятинских не дает тебе права распоряжаться интимными подробностями дамского туалета.

К моему удивлению, пока Вьюжин трепал языком, тетушка Серафима Платонна и Алиса дружно кивали в такт каждому его слову. И даже одарили Снежинского парой укоризненных взглядов.

Нет, ну в чем их интерес — понятно. Но Вьюжин… опасный он товарищ. Леший его знает, что в этой голове под белоснежными вихрами!

В маголете еще чуть-чуть похолодало. Но тут в напряженную беседу вмешался милый рыжик Лисовский. Он вообще из боярычей нравился мне больше всего. С нетопырями не целовался, за периметр в лагере не бегал, жемчужину в лабиринте не искал, ко мне не приставал и в целом не доставлял ровно никаких проблем. Даже от Орловского было больше неприятностей — понесло его в саду охранки вешать…

— Господа, давайте лучше попросим подать нам горячего шоколада, — мягко и негромко сказал Олег, кладя руку на локоть сидящему рядом с ним Снежинскому. — Лететь нам долго. Чтобы не заскучать в дороге, я позволил себе смелость взять с собой карты и набор шахмат. Есть желающие скрасить игрой долгую дорогу?

— А вы не так просты, сударыня, — тонко улыбнулся рыжий Лис, разменивая свою ладью.

Я только пожала плечами и двинула пешку.

— Шах.

— Вот как… — Олег глубоко задумался, глядя на доску. Благо на нас никто не обращал внимания, молодежь перебралась в переднюю часть маголета и азартно играла в карты на щелбаны и поцелуи. Даже Снежинский и Вьюжин отвлеклись. Собственно, они друг с другом и сцепились в поединке. Каждый уже отхватил по щелбану и теперь старался взять реванш.

Тетушка Серафима Платоновна тоже посматривала на карточный стол с искренним интересом. А на свою дочь, яростно болеющую за Игоря, — с беспокойством.

Мне как действующей затворнице в азартные игры вступать было невместно. А просто так сидеть скучно. Вот я и взялась двигать фигурки из слоновой кости по черно-белым клеточкам. По памяти изобразила одну из партий, которую когда-то учила в шахматном кружке. Кто ж знал, что Лисовский окажется таким внимательным?

Впрочем, прятать мозги здесь не принято даже у молоденьких девиц. И тем более затворницам без перспективы выйти замуж такое не пристало. Здесь общество четко знает, что гены — страшная сила. И от матери-дуры сложно получить смекалистое потомство. Хоть в этом повезло — не надо притворяться слабоумной бабочкой, как некогда было принято среди дам в моем прежнем мире…