Книга Жемчужина боярского рода. Часть 2, страница 32 – Ива Лебедева

— Давай. Пирогами поделитесь или разделить хлеб с врагом не в ваших обычаях?

— А ты враг? — Я ополоснула заварочник кипятком и насыпала в него чайный сбор из банки с треснутой крышечкой.Кухонную утварь мы с Милой собирали с бору по сосенке, в лавках старьевщиков. По принципу: чтобы удобно, вместительно, практично, но и нравилось, попадало в цвет и стиль. А трещинки и сколы только снижали цену. И придавали вещам какую-то уютную домашность. Словно мы давным-давно мирно живем в крошечной квартирке на углу Свечного переулка и Большой Храмовой…

— Я пытался тебе помочь. — Игорь взял чашку с таким видом, будто сомневается, не яду ли туда плеснули. Принюхался и удивленно поднял бровь. Конечно, некоторые травки из аномалии не только придают напитку удивительный вкус и запах, но еще и нехило подпитывают магию. А мне сейчас, когда неведомый сиреневый дар ведет себя как у подростка, за короткий срок проходя путь от первого всплеска до зрелого уровня, любая помощь не лишняя.

— Спасибо, конечно, — я налила чаю еще и Алексею, потом взяла свою кружку и присела за стол, — но я тебя об этой помощи не просила. Ты все решил сам, за меня.

— Я всегда так делал. — Снежинский решился и отхлебнул. Прикрыл глаза и прислушался к ощущениям. Кивнул сам себе и отпил еще. — Всю нашу жизнь. И тебе это нравилось. Ты меня когда-то именно за это и выбрала!

— Э-э-э… — Такая постановка вопроса привела меня в замешательство. Пес его знает, настолько моей памяти об Оленькиной жизни не хватает. Может, у них так и заведено было… — Прости. Но это было в прошлой жизни с прежней Ольгой. Я другая.

— Я заметил… — Снежинский так и сидел носом в чашку. — И все же настаиваю. Если ты не хочешь выходить за меня замуж и родить наследника Снежинским, значит, вообще не должна больше вмешиваться в мою жизнь. Ты ничего не должна, что бы тебе ни сказали мой отец и дед. Никаких попыток снять с меня откат, ты поняла? Это может быть для тебя опасно.

— Чего⁈ — Сказать, что я обалдела, — ничего не сказать. А еще где-то внутри меня вдруг будто лопнула какая-то струна или перепонка. Я задохнулась от дикой боли, в глазах потемнело, и перестало хватать воздуха. Изо рта и носа выплеснулось что-то теплое и растеклось алым пятном по скатерти.

Сквозь гул в ушах я слышала и чувствовала, как кто-то орет в трубку, вызывая скорую магическую помощь, а другой кто-то обнимает меня за плечи, не давая упасть, а потом тащит… в комнату? В кровать?

— Ар-р-р! — Резкий сердитый звук прервал фантасмагорию.Как по волшебству, пелена перед глазами исчезла. Я обнаружила себя на руках у Алексея, смотрящего на меня огромными, полными паники глазами.

Снежинский растерянно моргал на переговорный талисман, который у него из руки выхватил мой пес.

— Рау! — объяснил он боярычу, и тот, что поразительно, его понял! Перестал дышать, как загнанный лось, и посмотрел на меня. Понял, что я больше не помираю, и с ходу принялся выкатывать претензии:

— Ты что устроила⁈ Что это было⁈

— Откуда мне знать. — Голос, которым я злобно огрызнулась, звучал слабо и хрипло, но вполне уверенно. — Это была реакция на твое требование не вмешиваться и дать тебе сдохнуть без постороннего участи… кха! Участия!

— Что за⁈. — начал было Игорь, но живо заткнулся по двум причинам: я снова закашлялась кровью, а мой пес, сердито взрыкнув, легонько куснул тупого боярыча за филей.