Книга Жемчужина боярского рода. Часть 2, страница 28 – Ива Лебедева

— Осторожно! — Крик Алексея все равно запоздал, полка под правой ногой оказалась неожиданно скользкой, а дверца, за которую я цеплялась, не выдержала и с жутким треском сорвалась с петель.

Ну и я полетела на пол, успела в красках представить, как сейчас долбанусь затылком об угол стола и отправлюсь в следующий другой мир, с перепугу выпустила нечто, теплым клубком зашевелившееся в груди…

— Матерь богов и ее кружевные панталоны… — сдавленно просипел Вьюжин мне прямо в ухо, когда мы с ним повисли посреди кухни в искрящемся сиреневом вихре, словно две обнимающиеся мухи в янтаре.

— Отпусти, извращенец! — Я попыталась отпихнуть нахала, ну, хотя бы отбросить его руки, потому что одной он держал меня за задницу, а вторая неведомым образом оказалась зажата между нами в районе моей груди.

— Почему извращенец? — Алексей наконец обиделся, только вот руки убирать даже не подумал. — Я нормальный парень рядом с любимой девушкой! И если уж на то пошло, это ты меня держишь. Почти за то же самое место руками и непонятно за что своей силой!

Ой, и правда. Одной рукой я Вьюжина отпихивала, а другой вполне уверенно лапала за самое мягкое место организма!

— Тьфу! — Сиреневая метель вокруг нас разом опала блестками на пол, а я наконец оттолкнула парня и отскочила сама. — Безобразие!

— Сама такая, — вздохнул Алексей и пожаловался всунутому в кухню мокрому собачьему носу: — Скажи своей хозяйке, что травы от простуды надо заваривать. Если посыпать ими мою голову, это ничуть не поможет!

Громко сопя от возмущения, я уперла руки в боки и уже хотела высказать все, что думаю по поводу боярыча в квартире, его простуды и моих трав, но тут Алексей с таким смешным выражением лица начал вытряхивать из волос и ушей те самые сушеные травы, которые я хотела ему заварить…

— И ничего смешного. — Вьюжин снова потряс головой, выпятил нижнюю губу, глядя на меня исподлобья и моргая невероятно длинными, густыми и удивительно темными при его блондинистой шевелюре ресницами. Вид у него стал такой мимимишно-уморительный, что я не выдержалаи села на пол, продолжая хохотать.

Мой гость еще повздыхал, поморгал, посмотрел на меня укоризненно и наконец не выдержал — засмеялся вместе со мной.

Следующие пять минут мы сидели на полу в кухне и ржали, как кони. Не могли остановиться, только один затихал и пытался отдышаться, как второй закатывался с новой силой и утаскивал невольного напарника в новый приступ безудержного веселья.

— У-у-уф! — Уже и Алешка вошел в кухню, и полизал нас по очереди, и порычал для вправления мозгов, уже и потоптался по нам своими лапищами — не помогло. Мы смолкли только после того, как окончательно обессилели. Привалились друг к другу плечами, да так и сидели, обнимая пса на пару.

— Голодна? Чаю будешь? — спросил время спустя Алексей. — На самом деле у меня в машине пакет с разной едой, пирожками там, булочками и печеньем. Я сейчас принесу.

— Мхм, — неопределенно кивнула я, гадая, пойдет ли этот недопростуженный боярыч в машину прямо так, с голым торсом, замотается в полотенце или натянет мокрую рубашку.

Пошел голый… а я осталась обнимать пса и размышлять: мне нравится смотреть на его кубики и мускулистую спину? Не нравится, что это может увидеть кто-то другой? Или странное покалывание в груди связано с тем, что это первый после Алешки мужчина в моей жизни, который обо мне так заботится, что сам угадывает все желания?