Книга Любимая ошибка короля интриг, страница 82 – Татьяна Зинина

Всевидящий, за последние несколько дней мои несчастные нервы, которые я когда-то считала стальными, стали похожи на обтрёпанные верёвочки. Только за один сегодняшний день мне довелось несколько раз побывать в шаге от срыва.

Но теперь всё. Конец. Я просто больше так не могу. Не могу!

Молча отстегнула ремни безопасности, открыла дверцу и, почти не чувствуя ног, вышла из мобиля. Под ногами был укрытый высохшими водорослями бетон, в котором то и дело виднелись большие дыры. Но я шла, не обращая на это внимания. Шагала решительно, но не быстро. Пробиралась по развалинам пирса, как по полосе препятствий. А когда ступила на мелкую гальку, вдруг поняла, что теперь уже точно всё. Больше я ни на что не способна. Больше ничего не могу. И не хочу.

Моего личного автопилота хватило только на то, чтобы обойти пирс и опуститься на камни у самой кромки воды. И ни на что больше я оказалась неспособна. Сил не осталось даже на злость, зато пришла полная апатия. Просто стало всё равно, что мы едва не убились на мобиле, находимся непонятно где, и даже неизвестно, работает ли здесь связь. Все мысли и чувства будто накрыло плотным одеялом, полностью отрезав от внешнего мира.

Но самое паршивое заключалось в том, что заэтим состоянием совершенно точно последует срыв. Для него будет достаточно любой мелочи, даже самого незначительного слова. Звука. Вздоха. И мой внутренний мир сдетонирует, выплеснув наружу всё, что я так давно привыкла скрывать и сдерживать.

И этим спусковым крючком стал простой вопрос, заданный полным участия тоном:

– Ты как?

Я не слышала, что Гиро подошёл – слишком была сосредоточена на хаосе в голове, или просто слух тоже оказался поглощён вакуумом апатии? Не знаю. Но вот моему внутреннему детонатору для срабатывания явно не доставало лишь этих двух слов.

И грянул взрыв.

– Как я?! – выдала, резко обернувшись к Гиро. – О, замечательно! Лучше всех! Видишь, смеюсь и улыбаюсь. Счастлива, до зубовного скрежета. Сейчас вот встану и как начну танцевать!

Он смотрел на меня странно: то ли понимающе, то ли изучающе. И очень серьёзно.

– Иста, я знаю, ты испугалась. Прости… это я виноват, – проговорил, явно тщательно подбирая слова.

Зря старался. Мне хватило одного его паршивого «прости», чтобы разнести в клочья остатки развалин сдержанности. И я поняла, что сейчас выскажу ему всё. Всё! И уж точно не буду ограничиваться лёгкими уколами, не стану прикрываться иронией. Достало! Я больше так не могу!

– Прости?! – выдала, картинно рассмеявшись, и поднялась на ноги. – Ты говоришь мне «прости»?! Да пошёл ты, Гиро Фар Орсаль! Я ненавижу тебя! Как же сильно я тебя ненавижу! Ты сломал мне жизнь! Растоптал сердце, вывернул душу и изорвал её в клочья! А потом просто женился на другой и начал новую жизнь.

Я развела руками.

– А я осталась одна с двумя детьми от человека, который говорил мне, что любит, а потом просто вычеркнул из жизни. Пошёл дальше, спокойно переступив через всё, что между нами было. Через меня, мои чувства, мою жизнь, мою судьбу. Сломал… и забыл. А при встрече даже не узнал.

Я шмыгнула носом, резким движением смахнула со щеки что-то щекочущее, оказавшееся странно мокрым.

– И вот, когда я смогла наладить жизнь… когда у меня стало всё хорошо и спокойно, на пути снова встречаешься ты. И ладно бы просто прошёл мимо. Нет! – Я всплеснула руками. – Ты каким-то образом вынюхал, что у меня есть дети, и явно явился на них посмотреть. А вдруг твои? И как только убедился, снова начал лезть в мою жизнь. В нашу с детьми. И всё ломать!