Книга Любимая ошибка короля интриг, страница 120 – Татьяна Зинина

– Где она? – тут же спросил лорд Гленвайдер.

– Вот в этой комнате, – я указала на правую дверь. – Доктор обещал прибыть только утром. В больницу нас без документов не приняли.

Брюнет направился к маме, а я так и осталась стоять на месте. Нож положила на стол, но всё равно продолжала прикрывать спиной дверь в комнату, где спали дети.

– Я понимаю, почему ты меня боишься, – вздохнув, проговорила Тирра. – И до недавних пор тебе на самом деле стоило меня опасаться. Но теперь – нет.

Она вздохнула, обвела кухню усталым взглядом и вдруг спросила:

– Будешь вино?

– Вино? – Предложение было настолько неожиданным, что я не поверила своим ушам.

– Да, – кивнула Тирра. – День выдался на редкость паршивым. Я бы не отказалась от бокала. Давай принесу. Тебе тоже не помешает немного расслабиться, а то от окружающего тебя напряжения воздух искрит. И ещё вот …

Прямо у меня на глазах ноготь указательного пальца её правой руки почернел и удлинился, превратившись в коготь. Она провела им по ладони, макнула мезинец в проступившую кровь и нарисовала на своём запястье какой-то знак. А потом вслух поклялась, что не причинит вреда мне и моим детям.

Этот её выверт окончательно добил моё самообладание. И осознав, что начинают подкашиваться ноги, я устало опустилась на ближайший стул и накрыла голову руками.

***

Гиро

Ужин с шаманами проходил в странной, но довольно располагающей обстановке. Его постарались организовать без присущего королевским трапезам пафоса, но с изысканностью и уютом. С нашей стороны присутствовали сам Хан, Эмирель, Мейн, я и ещё несколько наиболее адекватных и сообразительных карфитцев из свиты. Ну а со стороны шаманов, собственно, только двенадцать шаманов.

Ничего особо важного в этот вечер не обсуждалось, но Эми всё же сообщила, что желает избавиться от дискриминации магов на этой земле. Очень кстати вспомнила нашего бедолагу Бенедикта и рассказала его деду о том, как мы спасали мальчика, пострадавшего только за то, что отличается от местных.

Я старался в разговоры не вступать, ведь прекрасно помнил, что всё ещё неспособен врать и изворачиваться. А правда, как бы ни была хороша, но в вопросах большой политики вряд ли сослужит хорошую службу.

В целом всё шло хорошо, а к концу ужина нам сообщили, что Шилиро Гутвил и подельники арестованы. Его дядюшку, до сегодняшнего дня занимавшего должность наместника полуострова, тоже задержали. И лично у меня не было сомнений, что он имеет отношение к заговорщикам, но вести с ним беседы и доказывать виновность предстояло, к счастью, не мне, а Мейну и его бравым агентам.

Главный шаман пригласил Хана завтра посетить их деревню и поприсутствовать на суде над виновниками поджога и беспорядков. И зачем-то добавил, что моё присутствие там обязательно.

Честно говоря, сейчас мне больше всего хотелось, чтобы шаманы наконец отправились в свою деревню, а я смог бы сорваться на поиски Исты и моих детей. Душу выкручивало от переживаний, и приходилось сознательно заставлять себя думать о другом, чтобы хотя бы внешне оставаться спокойным. Правда, по сочувственному взгляду старейшины, которого, как выяснилось, звали Виларо Ахто, было понятно: он моё волнение отчётливо уловил.

Когда шаманы наконец собрались уходить, их глава неожиданно подозвал меня к себе и отвёл в сторону. Отказаться было нельзя, хоть я и боялся ляпнуть что-то не то. Потому пошёл с ним, прикидывая, о чём он желает говорить. Но старик всё равно несказанно меня удивил: