Книга Алхимики Лума, страница 41 – Элис Кова

— Потому что мне нужно это. — Она вознаградила старания ученицы реальным ответом. Легче всего было бы спрятаться за своей ненавистью к Драконам. Но Ари дала бы Флоренс больше, чем это. Она заслужила это своей смелостью и риском, на который была готова пойти.

— Почему?

Ари тщательно возводила свои стены на протяжении многих лет. Она сделала их толстыми и высокими вокруг своих самых сокровенных истин и построила по линиям, которые нарисовала, когда впервые встретила Флор. Эти линии отделяли другую женщину от нее на достаточное расстояние, чтобы Арианна могла спокойно спать по ночам, будучи уверенной, что ее ученица в безопасности, даже от нее самой. Эти же линии показывали Арианне, где находится грань забвения. Это было единственное, что удерживало ее от погружения в безумие, порожденное местью.

Однако эти стены, ее стражи, имели странную форму и позволяли Флоренс видеть картину, которая, как знала Арианна, не имела смысла. Ари рассказывала Флоренс о своей ненависти к Драконам и всему, что порождают эти несчастные существа. Флор была достаточно умна, чтобы понять, что Ари — женщина на задании. Скорее всего, она поняла это с первой же их встречи.

За два года, проведенных рядом с Флоренс, не проходило и дня, чтобы Арианну не преследовал призрак ее проваленной миссии. Это знамя легло на ее плечи, отягощенные чувством вины перед ветром перемен, пронесшимся над Лумом. Это была единственная вещь, которая все еще имела значениев ее мире — или имела бы, если бы она не встретила Флор. Это был незаконченный портрет, который теперь должен был стать шедевром ее мести. И ему не хватало одного мазка — мазка, который мог бы сделать Дракон.

Они остановились, и, судя по тому, как Флоранс смотрела на нее, именно Арианна остановила их продвижение вперед. Арианна протянула руку и переплела свои пальцы с пальцами девушки. Она посмотрела на свою ученицу так, как обычно смотрят на адептов, чтобы сообщить, что скоро будет произнесено последнее слово по какому-то вопросу.

— Мне нужно это благодеяние, Флор, потому что есть кое-что, что он может мне дать. Я никогда не стану свободной, пока не завершу то, ради чего создала себя. И как бы мне ни был противен этот факт, он может мне это дать.

9. Кварех

Поезд превратился в движущуюся гробницу, а купе — в его гроб. У Квареха никогда не было особого мнения о механических коробках, которые, словно шершни, носились по Луму с неизвестными заданиями, но он быстро нашел одну из них. Он вот-вот сойдет с ума — а может, уже сошел. На третье утро он обнаружил, что обсуждает этот факт со своим любимым ромбом в углу потолка.

В этом путешествии не было никакой магии. Это было твердое и непреложное правило великой и всегда правильной Арианны. Не обращая внимания на сарказм и закатывание глаз, Кварех, в общем-то, не возражал против этого предписания. Похоже, им каким-то чудом удалось ускользнуть от Всадников, и использование любой магии только увеличило бы их шансы на обнаружение.

Он посмотрел на женщину, известную как Белый Призрак, и подумал, не помогла ли магия, которой он напитался от нее, скрыть его собственную. А может, она обработала внутренности бункера каким-то неизвестным веществом, и Всадники потеряли след. Кварех понял, что его попутчица умеет быть на два шага впереди и на один расчет больше, чем планировалось.