Книга Алхимики Лума, страница 29 – Элис Кова

— Как скоро?

— Не могу сказать. Я чувствую, как растет их магия, но не могу сказать, насколько близко или далеко. — Если бы они истекали кровью, он смог бы уловить их запах или ощутить их силу на ветру. Но его не удивило, что они еще не были ранены. Перед ним стояла единственная Фентри, у которой, по мнению Квареха, был шанс выстоять против Всадника.

— Тогда, надо полагать, то же самое можно сказать и о них, и о тебе? — Он удивился, когда ее голос слегка повысился на последнем слове, что означало вопрос. Она действительно спрашивала его о чем-то.Совершенно неожиданная перемена по сравнению с тем, что было несколько часовназад.

— Пока мы их опережаем. И я не собираюсь кашлять кровью в ближайшее время. — Кварех не понравилось, что она злоупотребляет его способностями. С того момента, как он рассказал ей об этом, он должен был догадаться, что она потребует от него использовать способности в своих целях, и ей понадобилась всего минута, чтобы загнать его в угол, пока он не почувствовал, что другого выхода нет. Зачем он рассказал ей?

— Мне больше не понадобится, чтобы ты останавливал время. — Она перемахнула через перила и спустилась на крошечную боковую лестницу. Кварех обошел вокруг, пока она нажимала на циферблаты странного замка, встроенного в дверной проем. — Мы пришли. — Арианна сделала паузу, долго рассматривая его. — Надеюсь, Флоренс тоже здесь.

Кварех понял результат ее угрозы еще до того, как успел ответить. Арианна хорошо сдерживала свои эмоции. Ее лицо оставалось бесстрастным в неестественном, страшном свете электрических ламп, освещавших крошечную лестничную площадку. Но он чувствовал облегчение, когда она стояла так близко.

Это была одна из многих причин, по которым на впитывание живых было наложено табу. Если разум каждого человека — это запертый сундук, то его магия — это ключ. Это был путь в тщательно охраняемую и нелогичную систему, уникальную для каждого человека. Позволить кому-то выпить — значит позволить ему сделать копию этого ключа. Они могли открыть вас и понять без усилий в течение некоторого времени после употребления. И действительно, если это понимание запечатлелось в сознании, можно ли его забыть?

Кварех поклялся себе, что не заинтересован в понимании этой женщины, пока она открывала замок на второй двери. Она была в равной степени невыносимой, наглой, грубой, неподобающей и, что самое ужасное, немодной. Но в ее сердце был противовес. Что-то в ее магии сияло так же ярко, как звездный свет, когда она заключила свою подопечную в крепкие объятия. От этого серокожая Фентри почти… светилась.

— Флор! Ты заставила меня волноваться больше, чем Харвестер¹⁶, который не может найти свою кирку.

— Ты же знаешь, я могу о себе позаботиться. — Девушка похлопала по пистолету, который висел у нее под мышкой. Движение было смелым — ложным, но смелым. — Не стоит так беспокоиться.

— Здесь Всадники Дракона, а мы прячемся в бункере. Это ненормально. Думаю,мое беспокойство оправдано.

— Кстати говоря… — Флоренс перевела взгляд на него. — Они ищут тебя, я думаю.

Кварех не удивился. Его рука потянулась к фолианту¹⁷, пристегнутому к поясу, и проверил, не расстегнулась ли застежка. Король Драконов должен был знать, что он украл, и Кварех ожидал, что тот пойдет на любые меры, чтобы вернуть его.